В Узбекистане неожиданно заговорили о транзите власти, хотя президент Шавкат Мирзиёев занимает свой пост всего девять лет — небольшой срок по меркам Центральной Азии. Разговоры эти пошли после покушения на бывшего советника президента Комила Алламжонова, который накануне представил Мирзиёеву доклад о нарастающей внутри элит борьбе за власть. Дополнительный резонанс нападению придало то, что оправдываться за него стал Рамзан Кадыров, а предполагаемым заказчиком называют президентского зятя Отабека Умарова, который уже много лет возглавляет личную охрану Мирзиёева. Якобы он начал присматриваться к креслу тестя, а советник Алламжонов едва не разрушил его планы.

В случившемся по-прежнему остается много неясного, но даже то немногое, что известно, показывает, что узбекская власть куда менее монолитна, чем хочет казаться. Внутри нее по-прежнему идет ожесточенная борьба группировок, на которые разделились даже ближайшие родственники узбекского президента.

Имиджмейкер Мирзиёева

За всю историю своей независимости Узбекистан никогда не сталкивался с политическими покушениями. Поэтому, когда Генпрокуратура в октябре 2024 года сообщила, что в пригороде Ташкента двое неизвестных открыли огонь по автомобилю экс-советника президента Комила Алламжонова, это надолго стало главной новостью в стране.

Алламжонов — не самый известный представитель окружения узбекского президента, но долгое время был одним из самых влиятельных. В первые годы правления Мирзиёева он успел поработать пресс-секретарем президента, а также замглавы президентской администрации, где отвечал за информационную политику. Но за несколько месяцев до покушения он ушел со всех должностей, что выглядело весьма странно, учитывая его амбиции и многолетнюю близость к президенту.

Алламжонов считается создателем новой медиаполитики Узбекистана. Он разработал концепцию информационной открытости, которая должна была закрепить в СМИ образ прогрессивного президента, готового к диалогу с журналистами, блогерами и гражданскими активистами. Стратегия действительно сработала — за Мирзиёевым закрепилась репутация реформатора, готового менять страну и выводить ее из застоя каримовской эпохи.

Также Алламжонов считается политическим наставником Саиды Мирзиёевой, старшей дочери президента. Сейчас она занимает пост помощника в администрации президента, но фактически возглавляет эту структуру. Политическую карьеру Саида начинала в Агентстве информации и массовых коммуникаций под руководством Алламжонова. Затем они вместе работали в Общественном фонде поддержки и развития масс-медиа Узбекистана, после чего сохранили доверительные отношения.

Чеченский след

Неудивительно, что покушение на столь близкого к президентской семье человека наделало в Узбекистане много шуму. Тем более что первые публичные указания на возможного заказчика появились в телеграм-канале Рамзана Кадырова. Глава Чечни неожиданно заявил, что не следует искать «чеченский след» в этом преступлении, а также усомнился в причастности к случившемуся зятя Мирзиёева Отабека Умарова — мужа младшей дочери президента Шахнозы.

При этом Кадыров не скрывал, что знаком с Умаровым, заявляя, что знает его как преданного человека, который с большим уважением относится к тестю-президенту. Кадыров дважды посещал Узбекистан — в 2017 и 2024 годах, и каждый раз его встречал и сопровождал Умаров.

Заявления Кадырова о покушении на Алламжонова прозвучали после того, как Генпрокуратура Узбекистана объявила в розыск двух граждан России — Бислана Расаева и Шамиля Темирханова. Оба — выходцы из Чечни. По данным следствия, за убийство Алламжонова россиянам предлагали $1,5 млн. После неудавшегося покушения машины чеченцев нашли в Фергане возле ночного клуба, чьи владельцы связаны с Умаровым. Поэтому появилась версия о возможной причастности президентского зятя к организации покушения.

Следствие пока не представило прямых доказательств такой связи, но через месяц после нападения Умарова сняли с поста замглавы Госслужбы охраны президента, которую он занимал почти все годы правления Мирзиёева. Также постов лишились глава Службы госбезопасности Абдусалом Азизов и ряд других высокопоставленных силовиков, которые были связаны с отставленным президентским зятем.

Считается, что Умаров стремился стать неформальным куратором силового блока страны — и поначалу его в этом поддерживал сам Мирзиёев. Тогда еще новому президенту нужно было как можно больше своих людей на силовых постах, чтобы отодвинуть от власти главного конкурента, многолетнего главу Службы национальной безопасности при Каримове — Рустама Иноятова.

Если бы зять президента смог переманить на свою сторону ключевых силовиков и стать их неформальным лидером, это было бы серьезной победой Мирзиёева. Это снизило бы риск того, что в системе сохранятся люди Иноятова, способные представлять угрозу для власти президента.

Однако вскоре Умаров перестал действовать в интересах тестя-президента и начал выстраивать собственную силовую вертикаль, продвигая свои политические и бизнес-интересы. Он стал владельцем крупных активов в банковской сфере, недвижимости, нефтегазовой отрасли, фармацевтике, производстве сахара.

Структуру, созданную президентским зятем, многозначительно называли «офис», а самому Умарову приписывали президентские амбиции и подготовку к тому, чтобы сменить тестя на посту президента.

Ну а дальше, чтобы не допустить чрезмерного усиления семьи младшей дочери президента, в дело вмешалась его старшая дочь Саида. Она вместе со своим давним соратником Алламжоновым подготовила для отца доклад о том, как Умаров и его «офис» начали набирать слишком много влияния. За докладом последовали отставка президентского зятя и покушение на Алламжонова.

Семейный спрут

Казалось бы, Мирзиёев, приложивший столько сил, чтобы дистанцироваться от наследия Каримова, должен был учесть ошибки своего предшественника и не допускать активного вовлечения родственников в управление страной. Ведь у него перед глазами был печальный пример дочери Каримова Гульнары, которая сначала выстроила целую коррупционную империю, а потом попала в тюрьму, когда попыталась вмешаться в политику.

По всей видимости, такая опора Мирзиёева на ближайших родственников была связана с тем, что в начале президентства у него просто не было собственной команды. Дети, зятья и прочие близкие родственники были единственными, кому он полностью доверял, поэтому вскоре почти все они оказались вовлечены в политику.

Помимо старшей дочери Саиды, во власти работал ее супруг Ойбек Турсунов. В администрации президента он занимал пост замглавы управления делами, а затем возглавил финансово-хозяйственный отдел. Сейчас Турсунов сосредоточился на бизнесе.

Его отец, генерал Батыр Турсунов, — один из самых влиятельных силовиков Узбекистана, начавший карьеру еще при Каримове. Ныне он руководит Национальной гвардией и одновременно занимает пост первого зампреда Службы государственной безопасности — главного силового ведомства Узбекистана.

Жена Мирзиёева, Зироатхон Хошимова, формально занимается благотворительностью, но ее влияние на политику велико. Без согласования с ней не обходится ни одно ключевое назначение. Именно она лоббировала продвижение Отабека Умарова — мужа своей младшей дочери Шахнозы. Сама Шахноза Мирзиёева курирует Национальное агентство социального обеспечения.

Многие родственники Мирзиёева напрямую не участвуют в политической жизни, но обладают значительными ресурсами. Например, крупными бизнес-активами владеют его старшая сестра Инобат Мирзиёева, ее дочери и их супруги. Брат президентской жены Мухаммад Хошимов контролирует ряд промышленных предприятий.

Конечно, со временем Мирзиёев стал опираться не только на родных, но и пытаться сформировать собственную команду управленцев. Он привлекает молодых специалистов в сферу экономики, финансов, IT. Одним из представителей этого нового поколения управленцев был и Алламжонов, но покушение на него показало, что президентские родственники не готовы легко сдавать позиции. Мало того, внутри самой семьи президента начались конфликты и борьба за власть и влияние.

В итоге система власти, выстроенная Мирзиёевым за почти десятилетнее президентство, оказывается куда более хрупкой, чем кажется снаружи. По большому счету, узбекскому лидеру не на кого по-настоящему опереться: старым каримовским кадрам он не доверяет, его собственная команда еще не успела окрепнуть, а родственники увязли в борьбе друг с другом.

Ссылка, которая откроется без VPN, — здесь.