Для 4 июля 2025 года должно найтись место в новейшей молдавской истории. Впервые за два с лишним десятка лет евроинтеграции, скорость которой чаще зависела от геополитической конъюнктуры, чем от властей Молдовы, отношения Кишинева с ЕС вышли на самый высокий уровень — двусторонних саммитов. Первый из них молдавская столица принимала 4 июля.

Такие саммиты ЕС проводит лишь с крупными и влиятельными партнерами: США, Британией, Канадой, Китаем. На постсоветском пространстве всего две страны дошли до этого уровня взаимодействия — Украина и Россия. Правда, в российском случае последний саммит прошел еще в январе 2014 года, накануне аннексии Крыма, а следующего ждать в обозримом будущем не приходится.

Теперь двусторонние саммиты будут регулярно проводиться и с Молдовой. Это действительно новый, повышенный уровень политических отношений. С этой точки зрения саммит сам по себе — безусловный успех для нынешних молдавских властей. Но у этого успеха есть и обратная сторона.

«Большая чистка»

Четыре года назад правящая сейчас партия «Действие и солидарность» (Partidul Acțiune și Solidaritate, PAS) смогла выиграть парламентские выборы и в одиночку сформировать правительство не столько благодаря проевропейским лозунгам, сколько с помощью  обещаний разобраться с основными внутренними проблемами Молдовы.

Борьба с коррупцией, независимое правосудие, сильная экономика, эффективное государственное управление. Это первые четыре из 13 главных обещаний PAS, закрепленных в ее программе. Еще там было про крепкое сельское хозяйство, что важно для аграрной страны, и урегулирование приднестровского конфликта.

Если пройтись по этому списку сейчас, то найти заметные перемены будет непросто. Ни одно громкое дело о коррупции за четыре года не завершилось посадкой обвиняемого. Одиозные олигархи Владимир Плахотнюк и Илан Шор, связанные с выводом из трех молдавских банков $1 млрд 11 лет назад, сбежали из страны. Несмотря на уголовное преследование на родине, оба спокойно и безбедно живут за границей.

Шор из Москвы развил бурную оппозиционную деятельность и финансирует в Молдове целую сеть лояльных ему партий и активистов. Он по-прежнему в десятке политиков, которым больше всего доверяют граждане страны, а его блок «Победа», согласно опросам, вполне может пройти в парламент.

Местонахождение Плахотнюка, чье имя стало в какой-то момент синонимом слова коррупция, точно неизвестно. Но известно, что он тоже бывает в Москве, хотя там на него заведено уголовное дело. Беглый олигарх посещал российскую столицу явно не в туристических целях.

Ни один прокурор, судья или политик, входивший в окружение Плахотнюка в 2015–2019 годах, когда тот полностью подчинил себе государственные институты, не понес с тех пор никакой ответственности. Хотя в PAS обещали «большую чистку» и торжество справедливости.

Антикоррупционный имидж власти также не укрепляют скандалы, связанные с привлекательными тендерами, которые выигрывают родственники депутатов PAS.

То, что проблемы с повышением эффективности госуправления не ограничиваются сферой борьбы с коррупцией, показал недавний скандал с амнистией заключенных. Закон об амнистии, принятый правящей партией к 30-летию независимости страны, был несколько раз отредактирован таким образом, что на свободе оказались приговоренные к пожизненным срокам преступники — киллеры, на счету которых не одна жертва.

При этом соответствующие поправки успешно прошли фильтры профильных ведомств вроде минюста, парламентское голосование, а затем были подписаны президентом Майей Санду. На вопрос о том, как закон миновал администрацию президента и ее советников, президент ответила: «У меня не было тогда советника».

С независимым правосудием тоже проблемы. Скандальный пример — недавнее назначение новых судей Конституционного суда. Власти не просто поспешили укомплектовать инстанцию до парламентских выборов, но и назначили туда людей, ранее состоявших в PAS.

Эта практика не новая. В прошлом таким же образом Конституционный суд формировал упомянутый выше олигарх Плахотнюк, использовавший этот орган в своих интересах.

Военная стагнация

Экономика — еще более больная тема. По данным Национального бюро статистики, рост ВВП Молдовы в 2024 году составил всего 0,1%. А в июне были опубликованы новые печальные данные — абсолютная бедность за 2024 год в стране выросла с 31,6% до 33,6%.

Власти критикуют ведомство, заявляя, что «данные не отражают реальность», но экономисты придерживаются другого мнения. «Экономическая стагнация в 2024 году с незначительным ростом в 0,1% — это симптом гораздо более серьезной проблемы: за последние пять лет совокупный рост экономики составил всего 0,4%, который сопоставим только с периодом сразу после распада СССР», — говорит эксперт Института развития и социальных инициатив Viitorul Вячеслав Ионицэ.

Аналитик из Expert Grup Марина Соловьева, изучив платежный баланс Молдовы, указывает: «В первом квартале 2025 года рекордный дефицит счета текущих операций -26% от ВВП. Такого не было уже лет 15».

Ситуация в сельском хозяйстве также оставляет желать лучшего. Фермеры, недовольные политикой властей, регулярно выходят на протесты в центре Кишинева. 

Безусловно, застой в экономике Молдовы во многом объясняется российским вторжением в Украину, которое разорвало старые логистические цепочки и лишило молдавских производителей доступа на привычные рынки. Но к середине четвертого года войны такие аргументы выглядят для избирателей все менее убедительными. К тому же молдавские власти не торопятся воспользоваться теми возможностями, которые открыло перед Кишиневом российское вторжение, прежде всего — в приднестровском урегулировании.  

Российско-украинская война, приведшая фактически к изоляции Приднестровья, предоставила Кишиневу беспрецедентные рычаги давления на сепаратистскую республику. Но это не привело к прогрессу в урегулировании. Скорее наоборот, произошел откат назад.

Если раньше существовала практика регулярных встреч молдавских властей с руководителями непризнанного Приднестровья, то теперь это в прошлом. Переговоры об урегулировании конфликта прекратились и планов их возобновлять у властей нет. Более того, молдавские дипломаты и чиновники прямо говорят, что приоритетом является не реинтеграция страны, а евроинтеграция. Они допускают, что республика может войти в ЕС разделенной, ссылаясь на прецедент Кипра. 

PAS до отказа

На фоне такого клубка внутренних проблем, внешний контур — зона комфорта, где молдавская власть чувствует себя уверенно и откуда получает щедрую политическую и финансовую поддержку. В этом году ЕС выделил Молдове €1,9 млрд финансовой помощи. Правда, реже упоминается, что около €1,5 млрд из них — это кредиты, которые надо будет возвращать.

Майя Санду — желанная гостья всевозможных саммитов и часто принимает в Кишиневе высоких гостей из европейских столиц. Нынешний саммит Молдова — ЕС — очередной внешнеполитический подарок Евросоюза молдавскому руководству. В неофициальных разговорах это честно признают сами еврочиновники.

Логику Евросоюза нетрудно понять. Если PAS проиграет сентябрьские выборы в парламент, то это не только обнулит тяжело давшуюся победу Санду на президентских выборах в прошлом году, но и поставит Брюссель перед необходимостью с чистого листа выстраивать отношения с новым молдавским руководством. Что может оказаться весьма проблематично, особенно если в следующем правительстве окажутся пророссийские силы, по-прежнему сохраняющие популярность в стране (Партия социалистов во всех  опросах располагается на втором месте после PAS).

Брюсселю не хотелось бы смены власти в Кишиневе. Давно знакомая и понятная PAS — тот самый старый друг, который для ЕС однозначно лучше новых двух-трех партий, способных пройти в парламент следующего созыва. Правящая партия однозначно поддерживает Украину, находится в глубоком конфликте с Москвой и не создает ЕС проблем ни по каким геополитическим вопросам.

Однако у такого подхода есть и обратная сторона. Сама по себе ситуация, когда Брюссель поддерживает в Молдове лишь одну партию, тоже чревата проблемами для ЕС — пусть и другого характера. Это напрямую привязывает репутацию Евросоюза в молдавском обществе к репутации PAS со всеми вытекающими рисками.

Брюссель уже обжигался на этом в 2010-х, когда поддержал сначала «Альянс за евроинтеграцию», а затем и олигарха Плахотнюка. Ничем хорошим для молдавской евроинтеграции и имиджа Евросоюза внутри Молдовы это не кончилось. Под руководством проевропейского, но насквозь коррумпированного альянса популярность идеи вступления в ЕС рухнула до исторического минимума: в 2015 году за вступление в ЕС выступало лишь 39,5%, против — 41,8%.

Однако сейчас на Европу валится столько проблем, что ей некогда анализировать прошлые ошибки. ЕС важно сохранить у власти в Кишиневе проевропейские силы в ситуации, когда Кремль, отбросив все правила, идет войной на Украину и не чурается самых грубых методов вмешательства в молдавскую внутреннюю политику.

Поддержка Россией таких политиков, как Илан Шор и Игорь Додон, позволяет нынешней власти Молдовы выступать в роли щита от гибридной российской экспансии и на их фоне выглядеть лучшими из худших. В такой битве экономические показатели и уровень жизни вторичны.

Ссылка, которая откроется без VPN, — здесь.