После полугодовой паузы спецпосланник президента США по Беларуси Джон Коул вновь приехал в Минск 15–16 сентября. Но в этот раз результаты его встречи с Александром Лукашенко оказались скромнее, чем ожидалось. Минск во много раз уменьшил число освобождаемых политзаключенных, а США сняли санкции всего с двух белорусских предприятий. Стороны уверяют, что все в порядке и переговоры возобновятся через месяц, но сомнений в успехе становится все больше.

Первая заминка

В результате очередного обмена Минск выслал в Литву 25 политзаключенных, включая известных журналистов и активистов. Это намного меньше, чем ожидалось. Для сравнения: в декабре 2025 года Лукашенко отпустил больше 120 человек, а в марте этого года — 250, большинству из которых позволили остаться в стране.

Еще 15 сентября, когда Коул и Лукашенко только начинали нынешний раунд переговоров, источники сообщали, что к освобождению готовят примерно 200 политзаключенных, большинство из которых не будут депортировать. Власти даже предупредили их родственников, чтобы готовились встречать у колоний, но в итоге эти освобождения отменились.

Меньшей стала и встречная уступка США. Из-под санкций вывели всего две компании: химзавод «Лакокраска» и концерн «Беллесбумпром». Эти пряники явно слабее, чем прошлые решения США снять санкции с производства калия, «Белавиа» или банков.

«Лакокраска» — не самое большое предприятие, последние годы балансирующее на грани прибыльности. Доступ к американскому рынку вряд ли откроет для него какие-то сказочные перспективы.

«Беллесбумпром» — крупный госхолдинг, контролирующий деревообработку, производство мебели и бумаги. Но для него главная проблема — запрет на экспорт в Евросоюз, а снятие американских санкций может лишь упростить расчеты с третьими странами, которые покупают его товары транзитом через Россию.

Накануне переговоров Лукашенко требовал у США разморозить $43–44 млн, якобы застрявших из-за санкций в американском Citibank. Коул в Минске согласился отправить запрос в этот банк, чтобы тот вернул деньги, но окончательное решение так и не было объявлено.

После переговоров Коул признал, что стороны в этот раз достигли только «промежуточного соглашения». А для снятия дополнительных санкций и освобождения еще «сотен» политзаключенных придется подождать, пока «все вопросы будут разрешены». Со следующим визитом в Минск американский дипломат собирается уже через месяц.

До сих пор взаимные уступки только росли в объеме, встречи проходили по гладкому и понятному сценарию: визит Коула, затем синхронное освобождение людей и снятие санкций, кулуарные переговоры длиной в несколько месяцев и новый визит. Иногда визиты переносились, если стороны не успевали что-то согласовать, но еще ни разу планы не менялись по ходу встречи. Что сбилось в этот раз?

Слабеющее доверие

Туман переговоров еще не рассеялся, чтобы понять точную причину сбоя. Но, похоже, что дело не в России — вечном подозреваемом в попытках сорвать переговоры Беларуси с Западом. Фазы диалога Минска и Москвы с США удивительным образом совпали. После охлаждения контактов весной и летом американские гонцы приехали и к Путину, и к Лукашенко в сентябре почти одновременно.

Повестки этих двух треков сегодня не связаны напрямую, и совпадение это скорее случайно. Но оно значит, что у Кремля сейчас нет острой потребности вставлять палки в колеса Минску на американском фронте. Лукашенко, как и Путин, принимает спецпосланника Трампа, не желая обрывать мосты с его администрацией. А та в свою очередь не стремится ни учить Минск и Москву демократии, ни ссорить их между собой. И там, и там ищут быстрых побед и сделок.

Поэтому причину заминки разумнее искать в самой повестке переговоров Беларуси и США. И тут холодок стал ощущаться уже с первых слов Лукашенко под камеру: он заявил, что стороны должны выполнять достигнутые ранее договоренности. А чтобы рассказать, как с этим обстоят дела, на переговоры впервые пригласили белорусского премьер-министра Александра Турчина. То есть Лукашенко пришел со списком конкретных претензий.

Здесь речь могла идти как о технических деталях, которые мешают Минску воспользоваться прежними пряниками от Вашингтона, так и о главной нерешенной проблеме — позиции Евросоюза, который не настроен смягчать свои санкции и регулярно вводит новые. Еще весной США просили Литву, Польшу и Украину разрешить транзит белорусского калия через их порты, но те отказались, и вопрос заглох.

Затем Лукашенко заявил, что оппозиция ввела Коула в заблуждение рассказами о том, что на место одного освобожденного политзаключенного он сажает двух новых. По словам Лукашенко, никаких репрессий в Беларуси нет, ситуация давно под контролем, но тех, кто нарушает закон, будут сажать и дальше. В этой пропагандистской позиции нет ничего нового, но, публично обозначив эту красную линию еще до начала переговоров, Лукашенко дал понять, что не настроен уступать.

И здесь есть чисто техническая проблема, поскольку освобождение всех политзаключенных — цель этих переговоров, много раз проговоренная Вашингтоном. Даже для администрации Трампа, далеко не самой озабоченной защитой прав человека, ситуация, когда Минск продолжает пополнять свой «обменный фонд», пока США снимают санкции, противоречит самой логике торга.

В какой-то момент политические аресты должны прекратиться, и Коул поднимает этот вопрос как минимум с начала года. Но после освобождения 250 человек в марте в списке политзаключенных прибавилось еще 224 фамилии. В итоге, несмотря на то что за эти полгода еще сотни людей вышли на свободу, досидев свои сроки целиком, общее число политзаключенных в Беларуси осталось в районе 900.

Неясно, какое из этих противоречий выстрелило на переговорах 15 сентября. Вполне возможно, что Лукашенко просто раздражен малой отдачей от диалога с США, а потому решил действовать по принципу «утром деньги, вечером стулья» и выпускать людей только после подтвержденных новых шагов Вашингтона.

Если такая, довольно оптимистичная трактовка верна, то процесс может довольно быстро возобновиться: США выполнят свою часть этого этапа сделки, объявят о снятии дополнительных санкций, вернут Минску деньги из Citibank, а Лукашенко доведет до конца обещанное освобождение сотен людей.

Поиск попутчиков

Однако этот эпизод показал, что по мере продвижения переговоры становятся все более вязкими. А значит, растут риски того, что заминки повторятся или процесс вообще зайдет в тупик даже без внешнего вмешательства.

США не хотят, чтобы их водили за нос, предлагая бесконечный товар в обмен на конечный список санкций. А Лукашенко явно ожидал от диалога большего — например, какого-то участия в нем если не всего ЕС, то хотя бы соседей Минска, от которых зависит транзит белорусских калийных удобрений. На закрытых консультациях с европейскими экспертами и дипломатами в Минске их регулярно просят зачесть и оценить освобождение политзаключенных, рассмотреть его не только как уступку США, но и шаг навстречу ЕС.

В ближайшие месяцы, вероятно, Минск и Вашингтон еще попытаются найти таких европейских попутчиков. Украина вряд ли подойдет на эту роль: Россия продолжает уничтожать портовую инфраструктуру, отношения Киева с Минском остаются в глубоком кризисе, а в последние дни украинские силовики вновь стали говорить об использовании российскими дронами ретрансляторов и мобильных сетей на территории Беларуси для корректировки ударов по Западной Украине.

Помириться с Польшей Минск пытается уже не первый месяц — ради этого белорусские власти не только выпустили из тюрьмы одного из лидеров белорусских поляков Анджея Почобута, но и позволили ему посетить Беларусь и встретиться там с десятками представителей меньшинства в разных городах страны.

Литву, видимо, еще раз попробуют убедить сами американцы. В Вильнюсе переговоры с Минском все еще воспринимают в штыки, несмотря на недавнее избрание премьер-министром социал-демократа Миндаугаса Синкявичюса, чуть более открытого к диалогу. Но уже после переговоров с Лукашенко Коул встретился с Синкявичюсом в Вильнюсе и, по данным The New York Times, обсуждал именно калийный вопрос.

В теории есть еще вариант с Латвией, через которую Беларусь в прошлом уже экспортировала калийные удобрения. Но сейчас у Риги совсем мало поводов для мягкости: чтобы задобрить Варшаву, Минск снизил интенсивность миграционного кризиса на польской границе, перебросив поток мигрантов на латвийскую.

В любом случае и Польше, и балтийским странам, даже если кто-то из них вдруг захочет помочь США и пропустить вагоны с белорусским калием, мешают это сделать санкции ЕС.

Следующее продление этих ограничений запланировано на февраль 2027 года. И если белорусско-американский диалог к тому времени не угаснет, Вашингтон может поискать союзников внутри ЕС, которые откажутся продлевать санкции без нужного США смягчения.

По сути, это было бы повторением истории с требованием Франции и Словакии вывести из-под ограничений Алишера Усманова, которое в эти дни подвесило продление персональных санкций против России.

Однако разница в том, что исключение Усманова — это гораздо меньшая уступка, чем возможность для Лукашенко, военного союзника России, зарабатывать сотни миллионов долларов на калийном экспорте, не меняя при этом ни внешнего, ни внутреннего курса. Пока неясно, удастся ли США и Минску найти такого лоббиста внутри ЕС и будет ли у Вашингтона достаточно политической воли на высоком уровне, чтобы давить на Европу ради прогресса в торге о белорусских политзаключенных — в общем-то локальном вопросе.

Ирония в том, что после 30 лет критики американской гегемонии Лукашенко теперь сам страдает от ее ослабления: добиться желаемого ему мешает в том числе снижение влияния Вашингтона в Европе.

Ссылка, которая откроется без VPN, — здесь.