• Исследования
  • Politika
  • Эксперты
Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Paul Salem"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "dc",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [
    "Arab Awakening"
  ],
  "englishNewsletterAll": "ctw",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
  "programAffiliation": "russia",
  "programs": [
    "Russia and Eurasia"
  ],
  "projects": [
    "Евразия переходного периода"
  ],
  "regions": [
    "Левант",
    "Сирия",
    "Ближний Восток",
    "Россия и Кавказ",
    "Россия"
  ],
  "topics": [
    "Политические реформы",
    "Безопасность",
    "Внешняя политика США"
  ]
}

Источник: Getty

В прессе
Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center

Россия должна спасти Сирию

России пора перестать думать о спасении обреченного режима Башара Асада и перейти к спасению самой Сирии от гражданской войны и гуманитарной катастрофы. Москва может воспользоваться своим влиянием, чтобы помочь Сирии стать стабильной демократической страной, сохранив при этом хорошие отношения с Дамаском и укрепив свою репутацию и вес в регионе.

Link Copied
Paul Salem
29 февраля 2012 г.
Project hero Image

Проект

Евразия переходного периода

Читать
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Ведомости

Основные козыри в связи со сложным сирийским кризисом находятся в руках у Москвы. России пора перестать думать о спасении обреченного режима и перейти к спасению самой Сирии от гражданской войны и гуманитарной катастрофы. Она может воспользоваться своим влиянием, чтобы обеспечить политические перемены, которые приведут к тому, что Сирия станет стабильной демократической страной, а Россия сохранит хорошие отношения с Дамаском и укрепит свою репутацию и вес на Ближнем Востоке.

Сирийский режим проигрывает в борьбе с собственным народом, и шансов на победу у него нет. Его авторитарная структура — пережиток навсегда ушедшей эпохи, и она рушится, как рухнули другие авторитарные режимы в регионе, а его миноритарная основа уступает неизбежной демографической логике пробуждения народов и сообществ граждан. Благодаря мощному репрессивному аппарату и военной силе, а также непрекращающейся поддержке Ирана и других внешних игроков он еще может какое-то время сопротивляться разгоревшемуся во всю силу восстанию, в ходе которого погибли уже тысячи людей. Однако все, на что способен режим, — это затянуть конфликт и еще глубже вовлечь Сирию в гражданскую войну; с каждой неделей он утрачивает свои позиции и при продолжении нынешнего курса неизбежно падет. Необходимы срочные дипломатические шаги, которые могли бы помешать Сирии скатиться к хаосу.

Сирийский народ и оппозиция не относятся враждебно к России или другим внешним игрокам: они просто требуют обеспечения основных прав человека и политических свобод. Режим не может или не хочет уступить волне демократических преобразований, поднявшейся в арабском мире и самой Сирии. Закрывая глаза на реальность, ошибочно предполагая, что любые политические проблемы могут быть решены силой, он толкает себя, алавитскую общину и всю страну на путь катастрофы. Решение Дамаска о проведении референдума — при продолжающихся убийствах и без каких-либо предварительных переговоров с оппозицией или консультаций с народом — выглядит просто оскорбительно. Москва в состоянии спасти режим от последствий его собственных просчетов и избавить Сирию — да и весь регион — от страшной катастрофы: распада государства и гражданской войны. При этом она может стать инициатором позитивных перемен в арабском мире, сохранить влияние в новой Сирии и статус важного игрока на завтрашнем Ближнем Востоке.

Клан Асадов и его приспешники загоняют себя в угол, действуя по принципу «победа или смерть». Победа с каждым днем выглядит все менее реальной: вскоре правящей клике понадобится «стратегия выхода». Алавиты же, по сути, стали заложниками режима Асада в межобщинной конфронтации с суннитским большинством, которого им не одолеть — оно превосходит их по численности в семь раз. Им тоже понадобится выход из положения, позволяющий избежать гражданской войны, — иначе алавиты станут ее жертвами. Сирийская оппозиция и большинство населения страны хотят давно назревших фундаментальных политических реформ, но гражданская война и национальная катастрофа им не нужны. Средний и торговый классы, чье значение трудно переоценить, — пока они не присоединились к революции — также не желают крушения страны или ее распада на враждующие конфессиональные «кантоны». Они с радостью поддержат переход к другой, более демократической системе власти.

Россия сегодня — единственная сила, способная предложить всем этим игрокам взаимовыгодное решение и стать архитектором политических преобразований в Сирии, позволяющих избежать краха государственности и гражданской войны, гарантируя стабильность и позитивный исход передачи власти.

«Российский план» мог бы содержать элементы недавних преобразований в других арабских странах. Подобно тому, как поступил Запад в Тунисе и Египте, Москва с помощью своего влияния в Сирии способна содействовать изменению режима без крушения институтов государства и порядка в стране. Кроме того, как это удалось Саудовской Аравии и другим внешним игрокам в Йемене, она в состоянии способствовать этому переходу и одновременно предложить правящей семье и клану вариант, гарантирующий им безопасность.

В ситуации, когда Лига арабских государств и Запад оказались не в состоянии проложить путь вперед для Сирии, а их политические и интервенционистские инициативы, скорее всего, обернутся лишь углублением кризиса, у Москвы есть шанс продемонстрировать свое влияние, незаменимость и дипломатическое мастерство, обеспечив безопасную смену власти в этой стране.

Этим она заслужит дружбу сирийского народа, а также благодарность многих алавитов и даже некоторых представителей режима, которые понимают, что нынешний путь ведет их в тупик. Наградой ей станет и добрая воля стран региона, опасающихся, что неизбежное, но затянувшееся падение сирийского режима создаст нестабильность на всем Ближнем Востоке. Россия докажет свою способность играть ответственную и конструктивную роль на мировой арене и Ближнем Востоке, что сделает Москву одним из ключевых игроков в новом арабском мире.

Оригинал статьи

О авторе

Paul Salem

Senior Fellow at the Middle East Institute

Paul Salem is a senior fellow at the Middle East Institute.

    Недавние работы

  • В прессе
    Арабский мир готовится к большим переменам
Paul Salem
Senior Fellow at the Middle East Institute
Paul Salem
Политические реформыБезопасностьВнешняя политика СШАЛевантСирияБлижний ВостокРоссия и КавказРоссия

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Не нефтью единой. Как закрытие Ормуза выводит Россию в лидеры рынка удобрений

    В Кремле рассчитывают не только заработать на росте цен на удобрения, но и взять реванш за срыв зерновой сделки в 2023 году.

      • Alexandra Prokopenko

      Александра Прокопенко

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    От ненависти до любви и обратно. О чем говорит блокировка Telegram в России

    Кремль постепенно превращает Рунет в закрытую экосистему, где все ключевые сервисы подконтрольны государству и прозрачны для спецслужб.

      Мария Коломыченко

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    «Оскар» за повседневное сопротивление

    Риск для будущего подростков — героев фильма в воинственной диктатуре, безусловно, существует. Но главный из них — это не оказаться в оппозиции режиму, а стать его безвольной и бездумной частью.

      • Alexander Baunov

      Александр Баунов

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Изменить, чтобы законсервировать. Зачем Токаев опять переписывает Конституцию

    Новая Конституция — это воплощение страхов правящей группы и попытка законсервировать устраивающий ее порядок, прежде чем обстоятельства кардинальным образом изменятся.

      Серик Бейсембаев

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Два Нюрнберга. Почему в России запретили фильм о суде над нацистами

    В фильме Вандербилта есть одно существенное отличие от предыдущих картин про Нюрнбергский трибунал — он не провозглашает победу добра и справедливости над злом. Напротив — он преисполнен пессимизма.

      Екатерина Барабаш

Получайте Еще новостей и аналитики от
Берлинский центр Карнеги
Carnegie Endowment for International Peace
  • Исследования
  • Carnegie Politika
  • О нас
  • Эксперты
  • Мероприятия
  • Контакты
  • Конфиденциальность
Получайте Еще новостей и аналитики от
Берлинский центр Карнеги
© 2026 Все права защищены.