Почему Путин неожиданно раздумал ехать на саммит G8?

{
  "authors": [
    "Дмитрий Тренин"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
  "programAffiliation": "",
  "programs": [],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Американский континент",
    "Соединенные Штаты Америки",
    "Россия и Кавказ",
    "Россия"
  ],
  "topics": [
    "Внешняя политика США"
  ]
}

В прессе

Берлинский центр Карнеги

Почему Путин неожиданно раздумал ехать на саммит G8?

Решение Путина не ехать на саммит «Большой восьмерки» говорит о том, что формирование нового кабинета для него приоритетнее: это не формальность, а уравновешивание сил различных кланов, распределение денежных потоков и решение вопросов о том, кто что контролирует. Это крайне важно для стабильности в рядах российской элиты, и Путин здесь незаменим.

Дмитрий Тренин

14 мая 2012 г.

Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Foreign Policy

Когда Путин решил послать вместо себя Медведева на саммит G8, многие усмотрели в этом дерзкое пренебрежение к Вашингтону, отмечает на страницах Foreign Policy Дмитрий Тренин, глава Московского Центра Карнеги. Но, может быть, официальная версия правдива - Путин не поехал на саммит из-за необходимости формировать кабинет? - задается вопросом автор.

Автор полагает: решение Путина относительно саммита G8 было принято совсем недавно. Путин, судя по его публичным заявлениям, готов сотрудничать с США. "Выражать пренебрежение к Обаме было бы нелогично", - замечает автор. Значит, Путин передумал из-за каких-то свежих событий. Может быть, из-за уличных акций 6-7 мая в Москве? Или тому виной промедление с формированием "кабинета Медведева"? - вопрошает Тренин.

Стычки демонстрантов с полицией 6 мая вызвали новую критику Путина в западных СМИ. На пресс-конференции в Вашингтоне Путину могли бы задать неудобные вопросы. Значит, отказ посетить саммит - ответный удар со стороны Путина? "Наверняка нет: Путин перед журналистами не робеет", - полагает автор.

А вот формирование нового кабинета в России оказалось отнюдь не формальностью, считает автор. По мнению Тренина, российское правительство - это коалиция "из самых могущественных кланов страны", пишет автор. "Состав кабинета - это, по сути, не столько вопросы политики как таковой, сколько вопросы о том, кому и куда текут деньги. Вопрос о том, кто что контролирует, очень важен для стабильности в рядах российской элиты", - продолжает он. По мнению Тренина, Медведев не в силах принять эти решения в одиночку. "В системе, где вместо институтов - ручное управление, Путин незаменим", - поясняет он.

Можно также предположить, что уравновесить силы кланов стало труднее. "Если Путин на 13-м году у власти находит эту задачу непростой, то будущее ручного управления не очень обнадеживает", - говорится в статье.

На взгляд Тренина, Путин откровенно ненавидит массовые международные встречи - считает их напрасной тратой времени, а на саммит G20 в Мексику поедет только ради встречи с Обамой. Тренин советует не переоценивать тот факт, что еще до встречи с Обамой Путин посетит Китай. Путин вряд ли станет создавать с Пекином "ось назло Вашингтону": возрождение китайско-советского альянса принесет обеим странам больше проблем, чем пользы, поясняет автор.

Как бы то ни было, Путину нужна встреча с Обамой, чтобы выяснить, до какой степени возможно сближение России и США в разных сферах и "много ли может сойти с рук самому Путину", по выражению автора. "Медведев проведет в Кэмп-Дэвиде всего лишь разведку", - заключает он.

Оригинал перевода

Внешняя политика США Американский континент Соединенные Штаты Америки Россия и Кавказ Россия

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

Комментарий
Carnegie Politika
Тающее равновесие. Насколько Китай и Россия действительно интересуются Гренландией
Мнимые угрозы со стороны Китая и России представляют и для Гренландии, и для Арктики куда меньшую опасность, чем перспектива ковбойского захвата острова.
Андрей Дагаев
Комментарий
Carnegie Politika
От Венесуэлы до Гренландии. От выбора мира к выбору войны
В Москве привыкли, что важнейшим активом России стала не военная мощь сама по себе, а приложенная к ней непредсказуемость: готовность вести себя вызывающе, рисковать, нарушать правила. Но неожиданно для себя Россия перестала быть лидирующим разрушителем, а ее козырные свойства перехватил в лице Трампа глобальный игрок с превосходящими амбициями и возможностями.
Александр Баунов
Комментарий
Carnegie Politika
Калийный треугольник. Как поступит Литва с транзитом белорусских удобрений
Сама дискуссия о возобновлении транзита белорусских удобрений отражает кризис санкционной политики, когда инструменты давления перестают соответствовать заявленным целям. Все явственнее звучит вопрос о том, почему меры, принятые для ослабления режима Лукашенко, в итоге укрепляют позиции Кремля.
Денис Кишиневский
Комментарий
Carnegie Politika
Коллекционер земель. Почему украинские села для Путина важнее сделки с Трампом
В рациональную логику не вписывается упорное нежелание Путина обменять мечты о небольших территориях, не обладающих экономической ценностью, на внушительные дивиденды, которые сулит сделка с Трампом. Но нелепым это выглядит для всех, кроме самого российского лидера: он занят тем, что пишет главу о себе в учебнике истории.
Андрей Перцев
Комментарий
Carnegie Politika
Осознанная жертва. О жизни Павла Кушнира и фильме о нем
Просто делаешь что должно и не предаешь своих убеждений. Автор фильма о Павле Кушнире — о попытке преодолеть его одиночество посмертно.
Сергей Ерженков

Почему Путин неожиданно раздумал ехать на саммит G8?