Диверсификация стала главным принципом китайской внешней политики. При всей важности связей с Ираном, у Китая на Ближнем Востоке есть и другие партнеры. И рисковать связями с ними ради Тегерана Пекину совсем не нужно.
Александр Габуев, Темур Умаров
{
"authors": [],
"type": "pressRelease",
"centerAffiliationAll": "",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
"Берлинский центр Карнеги",
"Carnegie China"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
"programAffiliation": "",
"programs": [],
"projects": [],
"regions": [],
"topics": [
"Внешняя политика США"
]
}REQUIRED IMAGE
Девятым президентом Фонда Карнеги за его 105-летнюю историю станет первый заместитель госсекретаря США посол Уильям Дж. Бёрнс. Джессика Т. Мэтьюз, занимавшая этот пост в течение 18 лет, уходит в отставку.
Сегодня Фонд Карнеги за Международный Мир объявил, что 4 февраля 2015 года пост его президента займет Уильям Дж. Бёрнс, нынешний первый заместитель госсекретаря США. Посол Уильям Дж. Бёрнс станет девятым президентом Фонда Карнеги за его 105-летнюю историю.
В этот же день Джессика Такман Мэтьюз покинет пост президента, который она занимала 18 лет.
У. Бёрнс стал первым заместителем госсекретаря в 2011 году; он — лишь второй по счету профессиональный дипломат на этой должности. Он имеет ранг посла — наивысший в дипломатической службе США. За свою тридцатитрехлетнюю карьеру дипломата он занимал, в частности, пост посла США в Иордании (в 1998-2001 годах), помощника госсекретаря по ближневосточным делам (в 2001-2005 годах), посла в России (в 2005-2008 годах) и заместителя госсекретаря по политическим вопросам (в 2008-2011 годах). Он имеет степень магистра и доктора Оксфордского университета, где обучался как лауреат стипендии Маршалла. У. Бёрнс владеет арабским, русским и французским языками.
В прошлом году У. Бёрнс руководил неофициальными переговорами с Ираном, которые завершили тридцатипятилетний период отсутствия регулярных дипломатических контактов между Ираном и США и способствовали заключению предварительного соглашения по ядерной проблеме.
В текущем году госсекретарь США Джон Керри так отозвался об У. Бёрнсе: «Билл — государственный деятель такой же выделки, такого же масштаба и с такими же заслугами, как Джордж Кеннан и Чип Болен. Он, вне всякого сомнения, заслужил свое место в весьма коротком списке легендарных фигур американской дипломатии».
Заявляя о своей отставке, Джессика Т. Мэтьюз подчеркнула: «Нигде не найдется никого, кто лучше подошел бы для руководства Фондом Карнеги, чем Билл Бёрнс. Он обладает непревзойденным пониманием международных отношений и пользуется уважением представителей всего политического спектра как в США, так и во всем мире. Он мыслит глобально и независим по убеждениям. Он — ученый, выдающийся политик и признанный лидер. Карнеги ждут интересные времена».
Комментируя свое новое назначение, У. Бёрнс отметил: «Я очень рад, что буду работать в Карнеги, и для меня большая честь стать преемником Джессики Т. Мэтьюз. С тех пор как в апреле я объявил о предстоящем уходе из Госдепартамента, я долго и серьезно думал над тем, чем хочу заниматься в дальнейшем. И я убежден, что Фонд Карнеги с его пятью центрами в разных регионах мира, а также прекрасными сотрудниками и экспертами дает мне потрясающую возможность и дальше играть важную и конструктивную роль в международных отношениях, находясь вне государственной службы».
Председатель Совета попечителей Фонда Карнеги Харви В. Файнберг заметил: «Мы все с огромным энтузиазмом относимся к тому, что Карнеги возглавит Билл. За 18 лет у руля Джессика сделала необычайно много. Она превратила нашу организацию из небольшого американского аналитического центра в новаторский и признанный глобальный институт. Ее успехи дают Биллу Бёрнсу идеальную основу для вывода Карнеги на новый уровень достижений и влияния».
После передачи полномочий 4 февраля 2015 года Джессика Т. Мэтьюз продолжит работу в Карнеги в качестве почетного научного сотрудника и посвятит свое время написанию научных работ.
Фонд Карнеги за Международный Мир — это уникальная глобальная сеть центров политических исследований в России, Китае, Европе, на Ближнем Востоке и в США. Наша миссия, которой мы следуем уже более ста лет, — способствовать делу мира посредством анализа и выработки новаторских политических идей, прямого диалога и сотрудничества с руководителями государства, бизнеса и гражданского общества. Работая совместно, наши центры обеспечивают неоценимое преимущество — разнообразие национальных точек зрения по двусторонним, региональным и глобальным проблемам.
В последнем по времени общемировом рейтинге экспертно-аналитических центров, составляемом Пенсильванским университетом, Фонд Карнеги занял первое место среди 6800 организаций по всему миру за самые инновационные политические идеи. Московский Центр Карнеги и Ближневосточный Центр в Бейруте уже много лет возглавляют рейтинги в своих регионах. В прошлом несколько президентов Фонда Карнеги занимали высокие посты в государстве, в том числе первый из них, Элиу Рут, который был сенатором от Нью-Йорка, а также военным министром и госсекретарем в администрации Теодора Рузвельта. Элиу Рут и второй президент Карнеги, Николас Мюррей Батлер, стали лауреатами Нобелевской премии мира.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
Диверсификация стала главным принципом китайской внешней политики. При всей важности связей с Ираном, у Китая на Ближнем Востоке есть и другие партнеры. И рисковать связями с ними ради Тегерана Пекину совсем не нужно.
Александр Габуев, Темур Умаров
После войны у оставшегося в изоляции иранского режима будет не так много альтернатив, кроме как обратиться за поддержой к России. A у Москвы есть большой опыт помощи «дружественным государствам» в обмен на часть их суверенитета, как это было, например, с Сирией при Башаре Асаде.
Никита Смагин
Интервенции США в Иране и Венесуэле вписываются в американскую стратегию сдерживания Китая, но также усиливают позиции России.
Михаил Коростиков
Расширение военно-технического сотрудничества двух стран говорит о том, что у Москвы по-прежнему серьезные планы на иранском направлении. А это значит, что поставки российских вооружений Ирану не только не прекратятся, но и могут резко расшириться, если у России появится такая возможность.
Никита Смагин
Грузия оказалась в сложном положении. С одной стороны, она растеряла репутацию образцовой демократии постсоветского пространства. С другой — Тбилиси не удается предложить Вашингтону новые крупные проекты, сопоставимые по привлекательности с тем, что предлагают Армения и Азербайджан.
Башир Китачаев