Источник: Российский совет по международным делам

Победа Нурсултана Назарбаева на предстоящих 26 апреля 2015 г. досрочных президентских выборах в Казахстане ни у кого не вызывает сомнений. Он останется у власти еще на неопределенное количество лет, и именно под его патронажем будут проводиться намеченные в стране реформы. Прежде всего, речь идет о трансформации политической системы, где, как предполагается, должна возрасти роль представительной власти, причем на всех уровнях – от районного до общегосударственного. Существенным образом будет также преобразована судебная система.

Изменения будут сопровождаться обновлением кадров более молодыми сотрудниками, приходом на все этажи власти образованных, знакомых с зарубежным опытом экспертов, говорящих на иностранных языках. Президент поставил задачу сделать свою страну «трехъязычной», т.е. говорящей и на казахском, и на русском, и на английском языках. Более того, новое, сформировавшееся в 1990–2000-е гг. поколение уже не будет подвержено «постсоветскому синдрому».

Назарбаев будет менять нынешнюю систему, выстраивая ее не «под себя», но «под своего преемника», речь о котором пока не идет, но который рано или поздно придет ему на смену. Досрочные выборы, с одной стороны, откладывают проблему транзита власти. На определенный срок — возможно, весьма короткий — перестанут быть актуальными разговоры о преемнике нынешнего президента. Назарбаев остается во главе государства на тот срок, который он сам себе назначит.

Возникает вопрос, какое наследство он оставит своему «наследнику»? Если разговоры про политическую реформу не простые слова, складывается интересная ситуация: следующий президент уже не будет располагать могущественными рычагами власти, которыми пользуется сам Назарбаев. Полномочия президентской власти будут сокращены, а в стране могут возникнуть предпосылки для политической конкуренции, в том числе межпартийной. Нынешние партии, кроме президентской «Нур Отан», серьезным весом не располагают. Однако, по мнению некоторых казахстанских экспертов, в преддверии возможных перемен они оживились, надеясь, что на следующих парламентских выборах в 2017 г. им удастся стать реальными участниками политического процесса. В первую очередь, это относится к Коммунистической народной партии Казахстана, которая, по некоторым данным, пользуется поддержкой у примерно 10–20% населения. Ее лидер Тургун Сыздыков, пусть и без малейших шансов на успех, примет участие в текущих выборах.

Безусловно, политическая реформа в Казахстане давно назрела. Нынешний авторитарный режим далеко не полностью справляется с задачами экономического и социального развития. С другой стороны, именно он в 1990-е гг. обеспечивал Казахстану устойчивое развитие и поддерживал стабильность, отсутствие которой, как показали недавние события на постсоветском пространстве и на Ближнем Востоке, приводит к трагическим последствиям.

Интересно и то, насколько изменится после 26 апреля 2015 г. состав правительства. Высока вероятность того, что пост премьера сохранит за собой нынешний глава кабинета Карим Масимов. В этом случае именно на него ляжет нелегкий груз реформирования страны. Есть вероятность того, что при благоприятном развитии событий авторитет Масимова лишь возрастет, особенно принимая во внимание степень доверия к нему Нурсултана Назарбаева.

Насколько важны для России происходящие в Казахстане события? С одной стороны, сохранение на ближайшие годы Назарбаевым власти — позитивный фактор. Недаром президент Путин пожелал своему коллеге успеха на грядущих выборах. Согласно опросам общественного мнения в России, Назарбаеву доверяют 38% российских граждан. Однако в связи с украинским кризисом президент Казахстана неоднократно подчеркивал, что никто не может поставить под сомнение суверенитет его страны, а также то, что Астана в этом конфликте занимает равноудаленную позицию и продолжит посреднические усилия по его мирному решению.

Кроме того, не ставя под сомнение важность заработавшего с первого января 2015 г. Евразийского союза, Назарбаев неоднократно подчеркивал, что это экономический союз, а не основа для будущего единого государства, что нередко вызывало недовольство некоторых российских политиков, выступающих за создание надгосударственных институтов.

Возникает еще один вопрос – как сложится судьба «евразийства», в частности ЕАЭС, в обновленном, пореформенном Казахстане? Известно, что в политической элите страны уже существуют разные мнения по этому поводу. В ряде случаев «евразийство» воспринимается как подчинение России, привязанность к которой может оказаться не столь выгодной в экономическом, а теперь еще и в политическом плане. И тогда может возникнуть ситуация, когда национальные интересы Казахстана могут прийти в противоречие с его однозначной поддержкой российских интеграционных проектов.

Таким образом, ясная ситуация в канун внеочередных казахстанских выборов со временем может оказаться менее понятной.

Оригинал статьи