Октябрьские президентские выборы в Молдове — первые после российского вторжения в Украину — не только определят следующего главу государства, но и дадут ответ на вопрос, что стало с влиянием России. До войны позиции были достаточно прочными. Теперь же евроинтеграцию в Молдове поддерживают даже те, кто раньше считался рукой Москвы.

Слово Москвы

Президентские выборы в Молдове намечены на 20 октября, и предвыборная гонка уже стартовала. Претендентов на кресло главы государства 12. Сколько из них будут допущены до выборов, станет ясно на днях. Впрочем, главные соперники известны — это действующий президент страны Майя Санду и бывший генеральный прокурор Александр Стояногло.

Санду — безусловный фаворит. За нее готовы отдать свой голос более 30% избирателей. Стояногло на втором месте: исследования, проведенные в июле и августе, показали, что его поддерживает где-то 10–11% избирателей.

Отрыв фаворита от ближайшего конкурента значительный, но однозначных прогнозов итогов голосования не дает никто. Чиновники из окружения президента Санду в частных беседах оценивают вероятность второго тура весьма высоко.

Интрига, таким образом, присутствует. Тем более что в истории современной Молдовы только одному политику удавалось остаться президентом на второй срок — это был лидер Партии коммунистов Владимир Воронин, занимавший пост главы государства в 2001–2009 годах.

Еще один вопрос, на который избирательная кампания даст ответ: насколько в стране сохранилось влияние России. Эти выборы — первые после российского вторжения в соседнюю с Молдовой Украину. Война сразу изменила российско-молдавские отношения. Официальный Кишинев поддерживает Киев и заморозил контакты с Москвой на всех уровнях: никаких двусторонних встреч и никакого участия ни в каких саммитах и прочих форумах на площадке СНГ.

В прошлом Россия играла важную роль во внутриполитической жизни Молдовы. Не так давно, в 2019 году, Москва, не сговариваясь с Вашингтоном и Брюсселем, но рука об руку с ними обрушила режим молдавского олигарха Владимира Плахотнюка (он бежал из страны). Именно Кремль оказал давление на тогдашнего президента Игоря Додона, чтобы его Партия социалистов пошла на ситуативный альянс с прозападными политиками, включая партию Майи Санду «Действие и солидарность».

Российский фактор исторически был важен и во время избирательных кампаний. Уже упомянутый коммунист Воронин в 2001 году привел свою партию к победе, а затем стал президентом (тогда главу государства избирали в парламенте) в том числе благодаря обещанию присоединить Молдову к Союзу России и Беларуси.

Есть и более свежие примеры — из 2014 года. Тогда Партия социалистов Игоря Додона получила 25 мест в парламенте во многом благодаря политической, финансовой и информационной поддержке Москвы. Перед выборами российский президент Владимир Путин принял Додона в Кремле. Фото с этой встречи стало главной агиткой социалистов — во время кампании оно висело на билбордах по всей стране.

Позже, в 2016 году, поддержка Москвы помогла Додону стать президентом. Он обещал вывести отношения с Россией на уровень стратегического партнерства и сближаться с Евразийским экономическим союзом (ЕЭАС). Во время президентства Додона Кишинев получил статус наблюдателя при ЕАЭС. Впрочем, нынешние власти Молдовы считают, что этого статуса у страны нет.

Прозападная Майя Санду во время борьбы за свой первый президентский мандат тоже не сбрасывала Россию со счетов. Она и ее партия выступали за прагматичные, взаимовыгодные и уважительные отношения с Москвой. Война России с Украиной эти обещания обнулила.

Новая пророссийскость

Сегодня молдавские политики, в том числе те, кто в прошлом плотно взаимодействовал с Москвой и открыто выступал за сближение с Россией, избегают открытой пророссийскости. Социалисты, всегда считавшиеся главной пророссийской силой, не так давно отредактировали программу партии. В 2014 году они обещали привести страну в Таможенный союз России, Беларуси и Казахстана, в 2019-м — сделать республику «мостом между Востоком и Западом». Теперь программа Партии социалистов содержит расплывчатую формулировку о том, что интеграционные процессы могут быть ориентированы как на Запад, так и на Восток, — главное, чтобы это было выгодно Молдове.

Ни один из претендентов на пост президента сегодня не упоминает об интеграции в ЕАЭС. И ни один из них не выступает против евроинтеграции страны. Александр Стояногло, которого поддерживает Партия социалистов, называет себя сторонником евроинтеграции и говорит, что в случае победы продолжит курс на вступление Молдовы в ЕС. При этом, по словам Стояногло, отношения с Россией должны быть «прагматичными и взаимовыгодными».

Экс-глава традиционно пророссийской Гагаузии Ирина Влах, также зарегистрированная кандидатом в президенты, тоже не против вступления Молдовы в ЕС. При этом она подчеркивает, что отношения с Россией Кишинев должен строить так же, как и с западными странами — исходя из своих интересов.

Единственным исключением на общем фоне является блок «Победа», возглавляемый Иланом Шором — беглым молдавским олигархом, гражданином Молдовы, Израиля, а с недавних пор и России. Шор открыто выступает против евроинтеграции и за евразийскую интеграцию Молдовы. Правда, делает он это из Москвы — на родине ему грозит тюрьма за соучастие в финансовой афере: выводе из трех молдавских банков в 2014 году $1 млрд.

Шор часто появляется на российских телеканалах, общается с известными политиками — вице-спикером Совета Федерации Константином Косачевым, главой комитета Госдумы по делам СНГ Леонидом Калашниковым, заместителем думской фракции партии «Единая Россия» Аленой Аршиновой.

В Молдове Шор действует точечно. После того как главой Гагаузии в 2023 году была избрана поддержанная им Евгения Гуцул, Шор построил там парк бесплатных развлечений GagauzLand и при поддержке России организовал систему доплат бюджетникам и пенсионерам Гагаузии. На счета, открытые в российском «Промсвязьбанке», им ежемесячно перечисляют сумму, эквивалентную €100. Источник средств, из которого покупается лояльность гагаузов, неизвестен. Гагаузские власти утверждают, что помощь получает около 30 тысяч человек. Если это так, то стоит это около €3 млн в месяц.

Замысел прост: пример Гагаузии должен побудить жителей других регионов Молдовы поддержать Шора и его «Победу». Сейчас за этот блок готовы проголосовать примерно 8% избирателей — это третье место после правящей партии «Действие и солидарность» (28%) и Партии социалистов (10%).

Уровни и методы

Шор — показательный пример работы России на молдавском направлении. Москва всегда делала ставку на конкретного политика или политическую силу. Раньше это был Додон, теперь — Шор. Россия не преуспела в использовании «мягкой силы» в борьбе за симпатии молдавского общества, в основном полагаясь на такие «скрепы», как общая вера — православие, общее историческое прошлое, в том числе память о Победе в Великой Отечественной войне, и покрытие Молдовы российскими государственными телеканалами. Если Москве не нравилось поведение молдавского руководства, в ход шли санкции.

Роспотребнадзор не единожды запрещал ввоз в Россию молдавского вина — в 2006-м, 2010-м и 2013 году. Каждый раз претензии к вину или фруктам из Молдовы возникали в момент политических трений с Кишиневом. Молдавские виноделы от этого пострадали, но в конце концов переориентировались и сегодня не рассматривают российский рынок в качестве основного — теперь львиная доля поставляется в ЕС.

Запад за умы и сердца граждан Молдовы борется иначе. Евросоюз и США десятилетиями через различные фонды и напрямую финансируют в Молдове неправительственные организации, выделяют гранты фермерам, бизнесменам и СМИ, финансируют инфраструктурные проекты вроде ремонта дорог, оснащения больниц, школ и так далее.

Москва в какой-то момент попыталась сыграть в «мягкую силу» в отдельно взятом регионе Молдовы. В 2013 году специально созданное АНО «Евразийская интеграция» — его курировал Дмитрий Рогозин, тогда занимавший пост вице-премьера, — инициировало строительство в непризнанном Приднестровье десятка социальных объектов. Проект обернулся чередой скандалов, о которых помнят до сих пор — некоторые объекты так и остались недостроенными, а в тех, что были закончены, потом обнаружились серьезные недостатки.

Тем не менее число сторонников России в Молдове остается внушительным, даже несмотря на войну. Это видно как по поддержке тех политиков, которые выступают за улучшение отношений с Москвой или полный разворот Молдовы от ЕС к России, так и по социологическим исследованиям. Обнародованный в июле опрос американского International Republican Institute зафиксировал, что 53% жителей Молдовы считают РФ наиболее важным экономическим партнером, — это не сильно меньше, чем у Румынии (69%) и ЕС (66%). Самым важным политическим партнером жители Молдовы считают ЕС — 65%, но показатели у России и здесь высокие — 50%.

Другой вопрос — как долго еще продержатся такие высокие показатели. Взаимодействие с Шором — токсичным персонажем с репутацией мошенника, заочно приговоренным молдавским судом к 15 годам тюрьмы, — иллюстрация того, какими методами Москва теперь пытается продвигать свое влияние. Социологи, замеряющие настроения в молдавском обществе, выявили следующую корреляцию: каждый всплеск активности Шора и его команды приводит не к падению, а к росту популярности Санду, — настолько людей пугает перспектива прихода к власти политика такого качества.

Ссылка, которая откроется без VPN - здесь.