Лет 10–15 назад, если бы президента Украины со скандалом выставили из Белого дома, это, скорее всего, стало бы концом его карьеры. В бурлящем мире украинской политики остатки его рейтинга быстро бы разнесли конкуренты и контролируемые олигархами СМИ. Однако война изменила внутриполитический ландшафт Украины, снизив остроту конкуренции и добавив страха перед «раскачиванием лодки».

В результате даже после перепалки с Дональдом Трампом, которая привела к приостановке американской помощи, Владимир Зеленский остается для Украины центром консолидации элит и общества. А давление со стороны Вашингтона воспринимается украинцами как покушение на суверенитет страны — тем более что американские претензии стали звучать слишком похоже на требования Владимира Путина. Важную роль играет и то, что у новой американской администрации нет своего фаворита в украинской политике, равно как нет его и у Кремля.

Редкая консолидация

Исходя из прошлого украинского опыта, можно было бы ожидать, что попадание Зеленского в немилость к США вызовет разброд в украинской элите и воодушевит его оппонентов, которые наперебой станут проситься сменить несговорчивого президента. Но в военной реальности эффект получается скорее противоположный. Украинские политики и общество сплотились вокруг Зеленского, а идея провести выборы до завершения войны была встречена в штыки.

Верховная Рада хоть и не с первого раза, но выразила доверие президенту. И даже лидер крупнейшей оппозиционной партии Петр Порошенко, накануне оказавшийся под жесткими украинскими санкциями, публично поддержал Зеленского в его столкновении с Трампом.

Конечно, отдельные оппозиционеры раскритиковали президента за неуместный эгоцентризм, ставящий под угрозу национальные интересы, но это были скорее исключения. В условиях продолжающейся войны активничать с выдвижением собственных альтернатив могут позволить себе только заведомо маргинальные фигуры, мечтающие привлечь внимание Трампа своей агрессивной риторикой. Например, покинувший страну экс-советник президента Алексей Арестович и сидящий в СИЗО бывший нардеп Александр Дубинский.

Последние соцопросы показывают, что большинство украинцев (63%) по-прежнему выступают против проведения выборов до заключения прочного мира. Отсюда и неуступчивость Зеленского. Украинский президент сохраняет воинственность настолько, насколько сохраняет волю к борьбе украинское общество. Если бы маятник общественных настроений качнулся в сторону мира любой ценой, то это неизбежно сказалось бы на позициях руководства страны.

Большая часть украинского общества восприняла перепалку в Белом доме так, что Зеленский в ней напористо отстаивает интересы Украины, а Трамп повторяет нарративы, звучащие похоже на кремлевскую пропаганду. Да, они находят отклик у какой-то части украинцев, но это пока далеко не мейнстрим, поэтому в целом случившееся скорее укрепило, чем поколебало популярность Зеленского.

Без альтернатив

Еще один фактор, работающий на внутриполитическое сплочение, — это неопределенность и отсутствие внятной альтернативы действующему президенту. Команду Трампа явно не устраивает неуступчивый Зеленский, но очевидного фаворита среди его оппонентов у Вашингтона тоже нет.

Тот же Порошенко не пользуется расположением республиканцев. Юлия Тимошенко, несмотря на все старания сблизиться с новой администрацией, выглядит персонажем из прошлого и тоже не может похвастаться американской поддержкой. Что уж говорить про других украинских политиков, чьи фамилии совершенно неизвестны за океаном.

К тому же предложение Белого дома, сильно напоминающее капитуляцию, не выглядит достаточно заманчивым, чтобы за него были готовы ухватиться даже самые рискованные представители украинского политического класса. Как бы ни была Украина истощена войной, в стране пока нет запроса на лидера, который подписал бы мир без гарантий, обесценив жертвы и лишения нации за три года войны.

Нет своего фаворита и у Кремля. У российского руководства скопилось немало неприязни к Зеленскому, и Москва с радостью свалила бы его с президентского поста, но не может предложить альтернативного варианта. Старый пророссийский лагерь в Украине разгромлен, а новых фигур на этом поле в условиях военного положения появиться не может.

Можно предположить, что рано или поздно в Украине возникнет политическая сила, сходная с «Грузинской мечтой», которая будет сочетать проевропейские устремления с готовностью к компромиссам с Москвой. Но настолько гибкие прагматики смогут получить признание не раньше, чем закончится война. Сейчас же дело дошло до того, что даже Путин в кои-то веки обратил внимание на реальную, а не вымышленную украинскую социологию и сообщил, что по популярности Зеленского опережает экс-главком ВСУ Залужный, а вовсе не Виктор Медведчук. Правда, это еще не делает Залужного «кандидатом Москвы», а его группу поддержки — склонной к компромиссам.

Нарастающие риски

Циничный подход Трампа к внешней политике позволяет Вашингтону открыто диктовать свою волю Киеву, но дает определенные преимущества и Зеленскому.  Например, позволяет команде украинского президента разбираться с внутренней политикой без особой оглядки на США. Кремлевская мантра о том, что Украиной управляют напрямую американцы, в очередной раз оказалась бесконечно далека от реальности. Даже в условиях сильной зависимости от американской помощи украинская элита стремится сохранять субъектность просто ради собственного выживания. И власть, и оппозиция в Украине понимают, что, согласившись под давлением на сомнительные выборы во время войны, они могут лишить самих себя будущего. 

Разумеется, у Вашингтона есть рычаги для того, чтобы добиться своего. Например, поставить в качестве условия для возобновления американской помощи обещание Зеленского не участвовать в выборах. Сам украинский президент риторически допускает такую возможность, но обставляет свой уход серьезными гарантиями Запада — мол, «меня можно поменять на НАТО». Однако такой радикальный сценарий пока еще не выглядит неизбежным.

Идя на конфронтацию с Трампом, Зеленский надеется, что его упорство в сочетании с поддержкой европейских союзников подтолкнет Вашингтон смягчить позицию. Это, пожалуй, самый рискованный его шаг с того момента, как он в феврале 2022 года решил остаться в осажденном россиянами Киеве.

Конечно, почти единодушная поддержка со стороны европейских лидеров внушает некоторый оптимизм и дает Украине надежду продолжить сопротивление, даже оставшись без американской помощи. Однако продолжение войны потребует от обескровленной страны еще большего напряжения сил, а от украинской власти — новых непопулярных шагов. Например, снятия запрета на мобилизацию молодежи в возрасте 18–25 лет, которую до сих пор берегли, вопреки пожеланиям западных союзников. На таком мрачном фоне баланс сторонников сопротивления и немедленного мира может сместиться, что создаст угрозу внутриконсенсусу, на который сейчас опирается Зеленский.

Ссылка, которая откроется без VPN, — здесь.