Александр Баунов, Кадри Лиик, Дмитрий Тренин
{
"authors": [
"Дмитрий Тренин"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "",
"programs": [],
"projects": [],
"regions": [
"Американский континент",
"Соединенные Штаты Америки",
"Ближний Восток",
"Восточная Азия",
"Китай",
"Центральная Азия",
"Россия и Кавказ",
"Россия",
"Восточная Европа",
"Украина",
"Западная Европа"
],
"topics": [
"Политические реформы",
"Экономика",
"Торговля",
"Энергетическая политика",
"Безопасность",
"Внешняя политика США",
"Ядерная политика",
"Ядерная энергетика",
"Внутренняя политика России"
]
}Источник: Getty
Возрождение России: Переосмысление внешней политики Москвы
Российской внешней политике требуется не просто «перезагрузка» — необходима новая стратегия, а также новые политические инструменты и механизмы ее реализации.
Источник: Foreign Affairs

В 1990-х Москва пыталась сначала присоединиться к Западу, потом интегрироваться с ним. Эти усилия не увенчались успехом – отчасти потому, что Запад не пожелал увидеть в России «одного из своих», а отчасти из-за того, что ее собственные элиты сделали выбор в пользу корпоративистского и консервативного внутри- и внешнеполитического курса.
В результате в годы второго президентского срока Владимира Путина Москва отказалась от цели присоединения к Западу и вернулась к изначальному варианту – роли самостоятельной великой державы. Она соответствующим образом сформулировала свои задачи: «мягкая гегемония» в ближайшем зарубежье; равный статус с основными мировыми центрами влияния – Китаем, ЕС и США; достойное место в многополярной международной системе.
Сегодня, пять лет спустя, стали очевидны недостатки и изъяны этого внешнеполитического курса. В основном они связаны с неспособностью и нежеланием российского руководства реформировать «энергозависимую» экономику страны, неконкурентным характером политического процесса в России, а также националистическими и изоляционистскими тенденциями. В плане внешней политики лидеры России так и не смогли окончательно смириться с утратой советской империи. Можно сказать, что они пытаются покинуть 20 век сразу через две двери, одна из которых ведет к глобализованному рынку 21 столетия, а другая – прямиком к «большой игре» века девятнадцатого.
Как показывает нынешний мировой экономический кризис, модель, выбранная российским руководством – рост без развития, капитализм без демократии, великодержавная политика без высокой репутации на международной арене, – не может сохранять актуальность до бесконечности. России не только не удастся выполнить поставленные внешнеполитические задачи: она еще сильнее отстанет от общемировых тенденций, все больше определяемых новейшими коммуникационными технологиями и открытостью границ, а это чревато угрозой не только для ее международного статуса, но и самого существования. Российской внешней политике требуется не просто «перезагрузка» — необходима новая стратегия, а также новые политические инструменты и механизмы ее реализации. ...
О авторе
Директор, Московского Центра Карнеги
Дмитрий Тренин был директором Московского центра Карнеги с 2008 по начало 2022 года.
- Стратегии и принципы. Чего Россия добивается от НАТОКомментарий
- Новая ясность. К чему привела неделя переговоров России и ЗападаКомментарий
Дмитрий Тренин
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- От ненависти до любви и обратно. О чем говорит блокировка Telegram в РоссииКомментарий
Кремль постепенно превращает Рунет в закрытую экосистему, где все ключевые сервисы подконтрольны государству и прозрачны для спецслужб.
Мария Коломыченко
- «Оскар» за повседневное сопротивлениеКомментарий
Риск для будущего подростков — героев фильма в воинственной диктатуре, безусловно, существует. Но главный из них — это не оказаться в оппозиции режиму, а стать его безвольной и бездумной частью.
Александр Баунов
- Изменить, чтобы законсервировать. Зачем Токаев опять переписывает КонституциюКомментарий
Новая Конституция — это воплощение страхов правящей группы и попытка законсервировать устраивающий ее порядок, прежде чем обстоятельства кардинальным образом изменятся.
Серик Бейсембаев
- Два Нюрнберга. Почему в России запретили фильм о суде над нацистамиКомментарий
В фильме Вандербилта есть одно существенное отличие от предыдущих картин про Нюрнбергский трибунал — он не провозглашает победу добра и справедливости над злом. Напротив — он преисполнен пессимизма.
Екатерина Барабаш
- Без Москвы и статуса. Что изменилось в новом плане Кишинева по урегулированию в ПриднестровьеКомментарий
План явно не предполагает спешки ни по одному из направлений. По сути, его задача — продемонстрировать Брюсселю, что молдавские власти работают над приднестровской проблемой, и получить от Запада ответную реакцию, в зависимости от которой будет корректироваться политика.
Владимир Соловьев