В апреле 2024 года США и Великобритания объявили, что запрещают импорт российского алюминия, меди и никеля, которые широко используются в производстве самых разных товаров — от пивных банок до полупроводников и электромобилей. Без доступа к западным рынкам российским производителям металлов, по всей видимости, не останется ничего другого, кроме как увеличивать поставки в Китай. Хотя сделать это будет непросто — ведь китайцы традиционно были главными конкурентами России в этой отрасли, а теперь должны стать крупнейшим покупателем.

Россия еще в феврале 2022 года начала перенаправлять поставки металлов на китайский рынок. По данным «Русала», главного российского производителя алюминия, в 2023 году его экспорт в Китай почти удвоился по сравнению с предыдущим годом. И это несмотря на то, что в самой КНР выплавляется много алюминия, а «Русал» издавна конкурировал с китайскими компаниями на международных рынках.

Доходы «Норникеля» от экспорта никеля и меди в Китай в 2023 году увеличились на 74,2%, а продажи в Северную Америку, наоборот, упали на 30%. В недавнем интервью глава компании Владимир Потанин заявил, что из-за падения экспорта в Европу и Америку более половины от общего объема продукции «Норникеля» в ближайшие годы будет продаваться в КНР.

Китайская статистика подтверждает, что позиции России существенно изменились. Страна вошла в тройку крупнейших поставщиков меди в КНР: российская доля выросла с 1,8% в 2022 году до 10,4% в 2023-м. Впечатляющий рост продемонстрировал и алюминий. В 2023 году на Россию приходилось уже 26% китайского импорта алюминия, хотя еще в 2021-м ее доля составляла лишь 12%. Что же касается никеля, 90% которого поступает в Китай из-за рубежа, в 2023 году Пекин закупал в России лишь 3% от ввозимых объемов. Но и здесь есть существенный рост: в 2021 году этот показатель составлял всего 0,56%.

После вторжения в Украину и последовавших за ним санкций российские производители не просто увеличили экспорт на китайский рынок — они также стали активнее интегрироваться в китайские производственные цепочки. В конце 2023 года «Русал» приобрел за $267 млн 30% акций китайской компании Hebei Wenfeng New Materials, благодаря чему еще больше интегрировал с Китаем свои поставки.

На такой нетипичный шаг компанию сподвигло то, что после февраля 2022 года «Русал» потерял около 40% своих традиционных поставок сырья. Это произошло и из-за того, что в рамках западных санкций Австралия запретила экспортировать в Россию глинозем, а работу Николаевского глиноземного завода на юге Украины пришлось остановить из-за боевых действий. В феврале 2023-го Киев завершил национализацию этого предприятия, ссылаясь на то, что завод связан с Олегом Дерипаской, подпавшим под украинские и западные санкции как представитель ближайшего окружения Путина.

Интеграцией с китайской стороной занялся и «Норникель». В апреле Владимир Потанин заявил о планах к 2027 году перенести производство меди в Китай, а также создать с китайцами совместное предприятие для работы на местном рынке. Он не уточнил ни сроков, ни того, кто именно будет потенциальным партнером в Китае, но показательно, что ранее «Норникель» планировал совместно с немецкой BASF строить в Финляндии завод, выпускающий материалы для аккумуляторов.

После февраля 2022-го от этих планов ничего не осталось, и теперь Китай — главная надежда «Норникеля» на то, чтобы встроиться в цепочку производства батарей и освоить выпуск литий-ионных аккумуляторов на основе китайских технологий. Потанин признает, что такая зависимость от Китая несет немало рисков, но не видит другого выхода. По его словам, «лучше быть внутри этой системы, а не снаружи наблюдать за тем, как тебя, так сказать, отжимают».

Растет роль Китая и в российской добыче лития, ключевого компонента для производства аккумуляторов для электромобилей. В феврале 2023 года «Норникель» и горнодобывающее подразделение «Росатома» анонсировали начало разработки одного из крупнейших в России литиевых месторождений в Мурманской области. Предполагается, что их совместное предприятие «Полярный литий» приступит к добыче в 2026 году.

Россия располагает значительными запасами лития (около 1 млн тонн, что сравнимо с США), но активное обсуждение перспектив освоения этой «новой нефти» началось только на фоне вторжения в Украину. Если учесть, что на Китай приходится 72% мировых мощностей по переработке лития, а российский экспорт подпадает под все новые санкции и ограничения, то нетрудно предположить, что «Полярный литий» будет снабжать в основном китайский рынок.

Также Китай и Россия все активнее сотрудничают в разведке месторождений металлов в третьих странах. В середине 2023 года «Росатом» и китайская CITIC Guoan выиграли тендер на добычу лития в Боливии, где находятся крупнейшие залежи этого металла. В последний момент компании из РФ и КНР обошли американского участника тендера, которого поддерживала компания Билла Гейтса Breakthrough Energy Ventures.

«Росатом» и CITIC Guoan планируют инвестировать $1,4 млрд в боливийский проект, который предполагает, в том числе, строительство двух заводов по производству карбоната лития. Завершение тендера, произошедшее на фоне растущей конкуренции Пекина и Вашингтона за важнейшие полезные ископаемые, — еще один этап в деле интеграции горнорудных ресурсов Боливии в китайские цепочки поставок для производства аккумуляторов. Американцы высказывали опасения в связи с таким развитием событий, но на боливийцев эти заявления не особо повлияли.

Еще одна связанная тенденция — усиление роли Шанхайской фьючерсной биржи (SHFE) в установлении международных эталонов, касающихся металлов, а также все более активное использование юаня в торговле ими по мере роста китайского импорта. SHFE осталась единственной в мире крупной площадкой, которая может принимать российское сырье: Лондонской бирже металлов (LME) и Чикагской товарной бирже (CME) это запрещено. Введенные запреты на импорт серьезно сказались на работе обеих западных площадок, но особенно сильно ударили по лондонской. В апреле 2024 года на российские медь, никель и первичный алюминий приходилось 50%, 33% и 89% ее запасов соответственно, а доля российского сырья в общем объеме металлов на ее складах доходила до 27%.

Американские и британские запреты на поставки российских металлов не означают, что против основных российских производителей ввели санкции, но это все равно может создать препятствия для взаимной интеграции российских и китайских производственных цепочек, потому что эта отрасль крайне чувствительна к санкционным рискам. Достаточно вспомнить, что происходило с «Русалом» в 2018 году, когда под санкции США подпал его основной акционер Дерипаска. Тогда это вызвало беспрецедентную волатильность на мировом рынке алюминия — за считаные дни цена металла выросла на 30%. Десять месяцев спустя, когда Дерипаска значительно (с 70% до 45%) сократил свою долю акций в «Русале», компанию вычеркнули из черного списка.

Правда, российские производители металлов уже стараются снизить риски дальнейших санкций. За апрельским заявлением Потанина о переносе производственных мощностей в Китай как раз и стояло желание избежать новых ограничений в отношении «Норникеля» и его продукции.

На фоне войны в Украине и нарастающей технологической конкуренции США и Китая экономические отношения Москвы и Пекина становятся все более взаимозависимыми. Правда, они асимметричны: Китай извлекает из них куда больше выгоды. Более тесная интеграция РФ в китайские производственные цепочки в металлургии — это еще один симптом растущей китаизации большинства отраслей российской промышленности — от производства бытовой техники до добычи металлов и углеводородов.

Чем больше будет импорт российских металлов, особенно по сниженным ценам, тем проще Китаю будет выстоять в тарифной войне с США — например, компенсировать недавно введенные Вашингтоном 100-процентные пошлины на китайские электромобили и 25-процентные сборы с производимых в Китае аккумуляторов. Ведь в общем объеме металлов в аккумуляторах электромобилей на алюминий, никель и медь приходится 18,9%, 15,7% и 10,8% соответственно.

Если вы хотите поделиться материалом с пользователем, находящимся на территории России, используйте эту ссылку — она откроется без VPN.

Берлинский центр Карнеги по изучению России и Евразии и Carnegie Politika как организация не выступают с общей позицией по общественно-политическим вопросам. В публикации отражены личные взгляды авторов, которые не должны рассматриваться как точка зрения центра.