• Исследования
  • Politika
  • Эксперты
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Андрей Рябов"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "dc",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "ctw",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
  "programAffiliation": "russia",
  "programs": [
    "Russia and Eurasia"
  ],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Россия и Кавказ",
    "Россия"
  ],
  "topics": [
    "Политические реформы",
    "Внутренняя политика России"
  ]
}

Источник: Getty

В прессе
Берлинский центр Карнеги

Крепостникам России

Манифест об отмене крепостного права стал одним из переломных событий отечественной истории. В современной России многие чиновники мечтают о реставрации дореформенных, феодальных порядков, однако эти попытки повернуть историю вспять несовместимы с разговорами о модернизации.

Link Copied
Андрей Рябов
16 февраля 2011 г.
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Газета.Ру

150-летие со дня падения крепостного права в России — одно из немногих событий отечественной истории, которое имеет хоть какой-то шанс отозваться в нынешней политической повестке дня. Правда, очень незначительный по сравнению, например, с мощной пропагандистской накачкой, сопровождавшей 4 года назад 90-летие Февральской революции.

Это и понятно. Юбилей Февраля власть имущие использовали для того, чтобы еще раз объяснить обладающему короткой памятью российскому обывателю, что есть абсолютное зло. Это разрушение государственности, пусть даже неэффективной и вызывавшей стойкую социальную неприязнь у миллионов соотечественников.

Среднестатистическому россиянину доказывали, что у него нет альтернативы: либо жесткая централизованная власть, либо хаос, из которого ничего, кроме страшной кровавой диктатуры, появиться не может.

На фоне тучных нефтегазовых лет подобное объяснение многим людям казалось вполне логичным. Свести к столь же простым и подходящим к моменту пропагандистским формулам реформы Александра II вряд ли получится.

Впрочем, момента, подходящего для осмысления роли этого правителя в нашей истории за последние сто лет, пожалуй, и не было. После 1917 года большевики разрушили многочисленные памятники царю-освободителю (а, к примеру, в Болгарии в каждом крупном городе существовали и во времена социализма, сохранились и поныне улицы, названные именем Александра II в честь победы над Османской Турцией в войне 1877—1878 годов). Ненависть большевистской власти к Александру II была понятной: он своими либеральными реформами олицетворял альтернативный путь развития страны, который они прервали в 1917 году. Но и нынешней власти царь-освободитель особо не нужен. Фигура он, в истинном смысле этих слов, сложная и противоречивая, наглядный пример отца народа, твердо боровшегося со всякой крамолой и успешно укреплявшего родную российскую государственность, из него не сделаешь. Даже если постараться, все равно получится неубедительно. А коли так, то какой прок в еще одной попытке политизации истории? Ведь пытались же «осовременить» и Александра Невского, и Минина с Пожарским, но общественное мнение осталось равнодушным к подобным попыткам. ...

Полный текст статьи

О авторе

Андрей Рябов

Член научного совета, Московского Центра, Программа «Восток-Восток: партнерство за пределами границ»

Андрей Рябов был председателем программы «Восток-Восток: партнерство за пределами границ» Московского Центра Карнеги.

    Недавние работы

  • В прессе
    Новая политическая динамика в Грузии и на Украине

      Андрей Рябов

  • В прессе
    Башару Асаду удалось доказать международному сообществу свою устойчивость

      Нана Ваграмян, Андрей Рябов

Андрей Рябов
Член научного совета, Московского Центра, Программа «Восток-Восток: партнерство за пределами границ»
Андрей Рябов
Политические реформыВнутренняя политика РоссииРоссия и КавказРоссия

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Наши мертвые нас не оставят в беде. Как война меняет литературные вкусы российского общества

    Читателю больше не нужны подмигивания, намеки, прозрачные аллегории, примеры из прошлого или инструменты проработки травмы. В книгах он ищет не объяснения происходящего с ним лично, со страной и миром, но укрытия от всего вышеперечисленного.

      • Galina Yuzefovich

      Галина Юзефович

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Церковь, розыск, СВР. Что показал арест Рыбаря в Черногории

    Задержание Звинчука могло бы стать серьезным ударом по российской пропагандистской инфраструктуре на Балканах. Но пока из него можно сделать другой вывод: Москва ценит и защищает своих пропагандистов, а Европа до сих пор не решила, что с ними делать, ограничив риски для них несколькими часами в полиции.

      Ксения Лученко, Иван Филиппов

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Эрозия государства. О чем говорят поствыборные перестановки в правительстве

    При всей своей кажущейся незначительности нынешние перестановки закрепляют важную тенденцию: административное ядро российского госаппарата постепенно проседает, уступая все четче проступающим профильным сферам влияния.

      Татьяна Становая

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Цена безальтернативности. Насколько российский газ для Китая дешевле, чем для Европы?

    В широком диапазоне цен и рыночных условий, наблюдавшихся за четверть века, формула поставок газа в Китай дает на 20–30% более низкую цену, чем формула, действовавшая для Западной Европы.

      Сергей Вакуленко

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Тыловой фронт. Чем чреваты российские удары по экономике Украины

    Российские удары по украинской промышленности и инфраструктуре лишают страну доходов и вынуждают тратить и без того ограниченные бюджетные средства на восстановление. То есть еще больше увеличивают разрыв между способностью страны продолжать боевые действия на фронте и способностью украинской экономики обеспечивать их в тылу.

      Балаш Ярабик

Получайте Еще новостей и аналитики от
Берлинский центр Карнеги
  • Исследования
  • Carnegie Politika
  • О нас
  • Эксперты
  • Мероприятия
  • Контакты
  • Конфиденциальность
  • Для медиа
Получайте Еще новостей и аналитики от
Берлинский центр Карнеги
© 2026 Все права защищены.