Расходы бизнеса на защиту от дронов стали нигде не оформленным сбором с оборота. Военная рента централизуется, а издержки рассыпаются по балансам компаний и регионов.
Александра Прокопенко
{
"authors": [
"Erik Brattberg",
"James L. Schoff"
],
"type": "commentary",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Carnegie Europe",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "asia",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
"programAffiliation": "AP",
"programs": [
"Asia",
"Europe"
],
"projects": [],
"regions": [
"Американский континент",
"Соединенные Штаты Америки",
"Восточная Азия",
"Япония",
"Западная Европа",
"Азия",
"Европа",
"Иран"
],
"topics": [
"Экономика",
"Торговля",
"Внешняя политика США",
"Европейский союз"
]
}Источник: Getty
Новое соглашение о создании зоны свободной торговли между Евросоюзом и Японией поднимает вопрос, возможна ли дальнейшая либерализация мировой торговли без руководящей роли Вашингтона. Может ли стратегическое партнерство ЕС и Японии, если к нему присоединятся другие страны, заменить Вашингтон или же побудить Америку вернуться в ряды борцов за открытый экономический порядок?
Источник: The Diplomat
Неприязнь президента Трампа к либерализации международной торговли особенно сильно задела Европу и Японию, которые обязаны своей безопасностью и процветанием миропорядку, сложившемуся под руководством США. Это крупные экспортоориентированные экономики, для которых очень важно участвовать в формировании будущей системы международных экономических отношений. Поэтому неудивительно, что сейчас, когда Вашингтон отходит от своей традиционной роли лидера в вопросах мировой торговли, Брюссель и Токио пытаются перехватить инициативу. На саммите G20 в Гамбурге ЕС и Япония объявили, что намерены заключить соглашение о создании зоны свободной торговли, – шаг большого и практического, и символического значения. Такое заявление прямо ставит вопрос, послужит ли эта сделка поворотным моментом для новой американской администрации, которая все еще определяется со своей торговой политикой.
И ЕС, и Япония уже давно ориентировались на отдельные торговые соглашения с США. Для Японии это было Транстихоокеанское партнерство (ТТП), в котором участвуют еще десять стран, а для Европы – Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство (ТТИП). Перспектива углубленной торговой интеграции с Соединенными Штатами выглядела оправданной как в экономическом, так и в геополитическом смысле.
ЕС и Япония рассматривали эти торговые соглашения и как инструмент поддержания либерального международного порядка. Они должны были подкрепить высокие совместные стандарты в таких областях, как рынок труда, безопасность, цифровая торговля, защита потребителей и окружающей среды, а также задать общие нормы и ценности, к которым придется приспосабливаться восходящим державам вроде Китая. Ожидалось, что благодаря ТПП и ТТИП станут более прочными и партнерские отношения ЕС и Японии с США в области безопасности, учитывая растущее китайское давление в Азии и российское в Европе.
Решение Трампа отказаться от ТПП и заморозить переговоры по ТТИП стало серьезным ударом для Токио и европейских лидеров, но также подтолкнуло к работе над своим собственным соглашением, переговоры о котором начались еще в 2013 году. Так что еще до начала июльского саммита G20 ЕС и Япония объявили о «принципиальном согласии» заключить соглашение об экономическом партнерстве (JEEPA).
В экономическом смысле это, очевидно, выгодная сделка. Япония – второй по значимости торговый партнер ЕС в Азии (после Китая). На ЕС и Японию приходится более трети мирового ВВП. По условиям соглашения Япония снизит или отменит тарифы на европейское вино, сыр, свинину и продукцию из кожи, а японские автопроизводители получат более выгодные условия доступа на рынки Европы. Стороны также договорились о снятии ограничений на торговлю промышленными товарами. Соглашение демонстрирует, что ЕС и Япония готовы, если потребуется, заниматься либерализацией международной торговли и без участия США. Это сигнал для Вашингтона: или присоединяйтесь, или останетесь вне игры.
Подписание JEEPA поможет Японии добиться включения стандартов ТПП в другие соглашения с участием США, в которых заинтересован Токио. Это, в частности, НАФТА и любые будущие двусторонние соглашения между США и Японией. Возможно, это также ускорит реализацию ТПП без участия США и задаст высокую планку для предстоящих переговоров о Всеобъемлющем региональном экономическом партнерстве в АТР. Токио также, может быть, надеется, что сделка с Европой заставит Вашингтон вернуться к переговорам о ТПП, но это пока маловероятно.
Для Европы соглашение с Японией – это способ продемонстрировать свою готовность заниматься либерализацией мировой торговли на фоне брекзита и в ожидании более четкой позиции Вашингтона по ТТИП. Помимо сделки с Японией, ЕС также заключил Всеобъемлющее экономическое и торговое соглашение (CETA) с Канадой – по масштабам оно сопоставимо с ТТИП, – торговые сделки с Южной Кореей, Сингапуром и Вьетнамом, а также рассматривает возможность двустороннего соглашения о свободной торговле с Австралией. Благодаря всей этой активности именно Брюссель, а не Вашингтон теперь задает тон в либерализации мировой торговли.
Торговое соглашение ЕС и Японии также позволит добиться отдельных договоренностей по механизму урегулирования торговых споров. Это особенно важно в том контексте, что США могут обосновать введение пошлин на сталь интересами национальной безопасности. Поскольку от таких пошлин европейские страны и Япония пострадают не меньше, а то и больше, чем Китай, Брюссель и Токио хотят, чтобы Вашингтон продолжал соблюдать принципы ВТО.
Но самое важное – практические последствия JEEPA. Американские компании, поставляющие в Японию говядину, свинину, вино, обувь, косметику, пластик и ряд других товаров, после снижения пошлин на европейские товары станут менее конкурентоспособными. Ситуацию может усугубить аналогичное соглашение между Японией и Австралией, затрагивающее некоторые из этих товарных категорий. Автопроизводители из США также окажутся в невыгодном положении на рынках ЕС и Японии. И в конечном счете может получиться так, что международные стандарты, касающиеся торговли услугами, интеллектуальной собственности, происхождения продукции, стандартов автомобильной безопасности и других важных торговых понятий, будут формулироваться без участия США.
Все это должно подтолкнуть американских промышленников и губернаторов потребовать от Конгресса и Белого дома более гибкого подхода к регулированию международной торговли, пусть даже в формате двусторонних соглашений со множеством партнеров. Но безусловно, многое зависит от активности ЕС и Японии в реализации соглашения и от того, ощутят ли конечные потребители выгоду от снижения пошлин.
Хотя JEEPA не затрагивает ряд важных аспектов, типа цифровой торговли, а ратификация соглашения, скорее всего, затянется надолго, этот документ – важная веха. Он поднимает вопрос, возможна ли дальнейшая либерализация мировой торговли без руководящей роли Вашингтона. Может ли стратегическое партнерство ЕС и Японии, если к нему присоединятся другие страны, заменить Вашингтон или же побудить Америку вернуться в ряды борцов за открытый экономический порядок.
Администрация Трампа отказывается от политики глобализации, а значит, другим либеральным демократиям нужно активизироваться и приложить больше усилий к поддержанию и развитию миропорядка, выстроенного Америкой после Второй мировой войны. В условиях беспрецедентных вызовов со стороны Китая и России ЕС и Японии нужно и дальше укреплять свое партнерство и расширять его масштаб. Если этот процесс пойдет успешно, то в США найдется кому потребовать, чтобы Вашингтон вновь активно включился в работу над регулированием мировой торговли и защитил собственные интересы, а не остался за бортом.
А пока что ясно, что ни Токио, ни европейские лидеры не намерены сидеть и ждать, пока Америка определится со своими намерениями.
Английский оригинал статьи был опубликован в The Diplomat, 12.07.2017
Former Director, Europe Program, Fellow
Erik Brattberg was director of the Europe Program and a fellow at the Carnegie Endowment for International Peace in Washington. He is an expert on European politics and security and transatlantic relations.
Former Senior Fellow, Asia Program
James L. Schoff was a senior fellow in the Carnegie Asia Program. His research focuses on U.S.-Japan relations and regional engagement, Japanese technology innovation, and regional trade and security dynamics.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
Расходы бизнеса на защиту от дронов стали нигде не оформленным сбором с оборота. Военная рента централизуется, а издержки рассыпаются по балансам компаний и регионов.
Александра Прокопенко
Если Кремль действительно хочет, чтобы Южная Корея и Япония не стали ядерными державами, лучшее, что он может сделать, — начать дистанцироваться от Северной Кореи.
Джеймс Браун
Балтийским странам нужно не доказывать, что Европа готова обойтись без Америки, а выиграть время. Чтобы если и когда Трамп окончательно обидится на НАТО, уход США не стал бы оборонной катастрофой для региона.
Сергей Потапкин
На фоне продолжающейся конфронтации с Западом Кремль не будет отказываться от стратегической ориентации на Китай и Индию. Для Москвы поставки нефти в Японию — это не более чем один из возможных проектов с неясными перспективами.
Владислав Пащенко
У российской нефтяной отрасли на сегодняшний день есть и технологический потенциал, и ресурсная база для поддержания и наращивания добычи нефти в следующие десятилетия. Но наиболее вероятным выглядит инерционный сценарий из энергетической стратегии-2025: не слишком быстрое, но неуклонное сокращение добычи.
Сергей Вакуленко