Пока Евросоюз с переменным успехом обсуждает возможные параметры эмбарго на поставки российской нефти, Россия пытается перегруппироваться и подготовиться к ответным мерам. Какими они могут быть? Манипуляции с поставками энергоносителей – главный рычаг, оставшийся у России для давления на Европу.

Москва уже остановила экспорт газа в три страны ЕС – Болгарию, Польшу и Финляндию – за отказ оплачивать его в рублях, а также ввела санкции, подразумевающие остановку поставок, против европейских «дочек» «Газпрома», связанных с Gazprom Germania GmbH, среди которых есть операторы европейских газохранилищ.

Затягивающаяся война с Украиной и расширение западных санкций повышают вероятность того, что Россия может первой прекратить поставки энергоносителей в Европу. Не исключено, что это произойдет уже в ближайшее время или осенью, перед началом отопительного сезона.

Чье эмбарго

Принято считать, что энергетический экспорт в Европу – это последнее, от чего откажется Москва. Россия – крупнейший поставщик нефти и нефтепродуктов в Евросоюз. Это 2,2 млн баррелей в сутки нефти и еще 1,2 млн баррелей в сутки нефтепродуктов, следует из данных Международного энергетического агентства. Верховный представитель ЕС по иностранным делам Жозеп Боррель заявлял, что нефтяной экспорт в Европу ежедневно приносит Москве около $1 млрд.

США и Великобритания отказались от российской нефти еще в марте (правда, в их импорте доля России и так была невелика), призвав Европу последовать их примеру. Отдельные эксперты и экспертные группы предлагают свои варианты эмбарго: разнообразную этапность, введение спецтарифов или эскроу-счетов. Уже введен запрет на страхование танкеров с нефтью, которые ходят под российским флагом.

В начале мая Еврокомиссия представила шестой санкционный пакет, включающий запрет на импорт российской нефти. Брюссель не смог добиться его единогласного одобрения, но Европа все равно твердо намерена ликвидировать зависимость от российских энергоносителей в ближайшие годы.

Очевидно, что даже если бои на Украине прекратятся в ближайшие дни, восстановить прежние отношения, включая торговые, с Европой для России будет уже невозможно. Поэтому Москва может пойти на то, чтобы первой остановить поставки нефти в Европу, смирившись с существенными, но все-таки преодолимыми потерями.

Дело в том, что масштабные западные санкции, которые должны были лишить Кремль средств на ведение войны, пока, наоборот, помогают наполнить госбюджет. Прежде всего, они снизили чувствительность российского государства к сокращению валютной выручки, потому что тратить эту валюту теперь почти не на что – массовый уход западных компаний резко сократил объемы импорта. Серия ослаблений валютных ограничений для населения и экспортеров не особо помогла – валюту по-прежнему некуда девать из-за сбоев в логистических цепочках и отказа Запада работать с российскими компаниями.

При этом высокие цены на энергоносители только за март и апрель принесли бюджету дополнительно 800 млрд рублей (около $13,6 млрд). В целом нефтегазовые доходы бюджета в январе – апреле почти удвоились – 4,77 трлн рублей по сравнению с 2,5 трлн за тот же период в 2021 году. Большая часть этих поступлений пришлась на налог на добычу полезных ископаемых и экспортные пошлины на нефть и газ.

Кроме того, российские власти приостановили действие бюджетного правила на 2022 год – то есть нефтегазовые доходы будут тратиться полностью, а не откладываться в резервы. Это позволит компенсировать сокращение других видов доходов и найти деньги на меры поддержки для населения и бизнеса. Комбинация уже имеющихся рублевых резервов и высоких сырьевых цен позволяет российским властям сохранять социальные расходы на текущем уровне еще как минимум год-два. А что будет за этим горизонтом, сейчас вряд ли кто-то возьмется предсказать.

Нефтезависимость

В то же время Европа довольно уязвима для прекращения поставок российской нефти. Например, в Словакии доля России в импорте нефти в 2021 году доходила до 96% (105 тысяч баррелей в сутки), в Венгрии – до 58% (70 тысяч), в Чехии – до 50% (68 тысяч). Другие страны ЕС не так зависимы от российской нефти, но рост цен на нее сказывается и на них – это одна из главных причин европейской инфляции.

Если Москва остановит поставки нефти в Европу в ближайшем будущем, теоретически их можно будет заместить, но успех начинания будет зависеть от целого ряда факторов – готовности стран ОПЕК быстро нарастить добычу, стоимости фрахта танкеров и наличия свободных мощностей у танкерного флота. Нефтезамещение может занять от нескольких месяцев до нескольких лет.

При этом пока у России сохраняется возможность продавать нефть за валюту достаточно широкому кругу покупателей за пределами Европы. В марте она уже нарастила поставки на восточном направлении: до 310 тысяч баррелей в сутки в Индию (в феврале поставок в эту страну почти не было) и до 790 тысяч в Китай (рост на 70 тысяч по сравнению с февралем). При этом поставки в Европу снизились в марте на 420 тысяч баррелей в сутки – до 1,4 млн. То есть фактически выпадающие объемы перенесли с европейского направления на азиатское. Этот процесс, скорее всего, продолжится – на фоне высоких цен Москва может позволить себе предлагать существенные скидки азиатским покупателям. 

Конечно, нельзя сказать, что все козыри на руках у России. Из-за бойкотов и санкций в апреле нефтедобыча в России уже упала почти на 1 млн баррелей в сутки. В то же время объем транспортировки нефти из России в Европу в апреле вырос до 1,6 млн баррелей в сутки (в марте было 1,4 млн). В мае рост продолжился – например, Италия в мае импортировала в сутки в четыре раза больше российской нефти, чем в феврале.

Так что некоторый запас прочности у Европы есть. А вот России в случае прекращения поставок придется еще сильнее снижать добычу, замораживать скважины и нести дополнительные транспортные издержки – перенаправление таких объемов нефти неизбежно толкнет цены на услуги танкеров вверх.

Эскалационная спираль

В целом экономика потерь России и Европы от такого эмбарго будет зависеть от его калибровки – как скоро оно будет введено, как надолго, как поведут себя страны ОПЕК. А вот политический выигрыш России от подобного решения, представляется, будет выше европейского.

Европейским политикам придется экстренно решать сразу несколько вопросов: искать альтернативные поставки, объяснять избирателям рост цен, смягчать последствия российского эмбарго для наиболее зависимых стран ЕС. Причем все это будет происходить на фоне продолжающихся боевых действий на Украине, подталкивая к переговорам с Кремлем.

Россия же, скорее всего, объяснит эмбарго поставками вооружений Украине и пошлет сигнал, что нефть вернется, как только украинцам перестанет поступать западное оружие. То есть Москва в этой ситуации имеет шансы получить то, что хочет: сильную переговорную позицию в части санкций, исключающую из диалога Украину. 

Возможная энергетическая война России с Европой ускорит глобальную инфляцию, углубит продовольственный кризис и приведет цены на энергоемкие товары к новым уровням. Однако российские власти прекрасно понимают, что прежних отношений с Европой им уже в любом случае не вернуть, зато в их силах сделать так, чтобы больно было не только России, но и всем остальным. Каждый предыдущий шаг Москвы в конфликте с Западом укладывался в логику эскалации, и пока нет оснований полагать, что эта логика изменится – терять уже нечего. Тем более что сторонников радикальных шагов в российской власти с каждым новым раундом санкций становится все больше.

следующего автора:
  • Александра Прокопенко