ruble_coin_yuan_banknote

Фото: Kirill Kudryavtsev / AFP via Getty Images

Комментарий

Китаизация by design. Как разворот России на Восток изменил мировые финансы

Война с Украиной стала своеобразным подарком Путина Пекину. Китай получил масштабный полигон для тестирования альтернативной Западу финансовой инфраструктуры, а китайские компании и банки второго и третьего уровней — надежный рынок сбыта

Фонд Карнеги признан нежелательной организацией на территории России. Если вы в РФ — пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Китай стал первой страной, которую Владимир Путин посещает после инаугурации. И это не просто ответный визит. После вторжения в Украину и последовавших санкций разворот на Восток во многом спас Россию. Китай не просто предоставил свой рынок для российских энергоресурсов, но и стал главным поставщиком различного импорта. Китайская валюта по итогам 2023 года оказалась самой торгуемой на Московской бирже, вытеснив доллар.

Западным странам Пекин транслирует, что уважает санкционные «красные линии», но действует по принципу «все, что не запрещено — разрешено», особенно когда ему самому это выгодно. Настоящими бенефициарами российского поворота на Восток стали китайские компании и банки второго и третьего ряда. А на макроуровне мир мог наблюдать, как создается система для трансграничных платежей в национальных валютах (юанях и рублях), минуя SWIFT и традиционную финансовую инфраструктуру.

Уже сейчас растущий объем внешней торговли позволяет использовать ее не для точечных сделок, а в промышленных масштабах, включая расчеты с третьими странами. Западные санкции в их нынешнем виде подталкивают Пекин развивать трансграничные юаневые платежи. Даже если представить, что война закончится в обозримом будущем, а Россия наладит отношения с Западом, созданная финансовая инфраструктура останется и будет работать на укрепление Китая.

Среднезначимый рынок

Когда крупнейшие экономики мира ввели против Кремля санкции, которые должны были отрезать Россию от поставок технологических товаров, а также компонентов для оборонной промышленности, Пекин не просто воздержался от ограничений, но и воспользовался открывшимися возможностями. Из незначительного рынка «Россия без санкций» «Россия под санкциями» стала для Китая рынком среднезначимым. В 2021 году она не входила даже в топ-10 главных торговых партнеров КНР, а в 2023-м вышла сразу на седьмое место.

За два года войны товарооборот Москвы и Пекина, по данным китайской таможенной статистики, достиг рекордных $240 млрд, объем китайского экспорта в Россию в прошлом году превысил $111 млрд, увеличившись на 67% к довоенному 2021-му. Доля Китая в российском импорте составила 38% (в первом полугодии 2023 года она вообще достигала 43%), а в экспорте — 31%.

Пекин стал монополистом по ряду товарных групп и, как следствие, может выставлять России более высокие цены, чем при поставках в другие страны. Например, благодаря России Китай стал крупнейшим мировым экспортером транспортных средств, обойдя Японию. В 2023 году экспорт китайских легковых автомобилей в РФ вырос на 594%, а грузовой техники и тракторов — почти на 700%.

Китайские поставки грузовиков пришлись как нельзя кстати — российские производители (КАМАЗ, Урал и ГАЗ — все под санкциями) занимались локализацией компонентов и выполнением оборонного заказа, и соответственно растущий спрос удовлетворили китайские производители. Впрочем, и здесь есть свои особенности: китайские производители нарастили поставки готовой техники и оборудования, о массовой локализации китайских брендов на российской территории пока речи не идет.

При этом для Китая Россия остается куда менее значимым торговым партнером: ее доля в товарообороте КНР в январе — октябре 2023 года составила лишь 3,9%: на российские товары пришлось 5,1% импорта в Китай, поставки на российский рынок составили 3,3% китайского экспорта.

Юань вместо доллара

Поставки китайских товаров в Россию и российских — в Китай оплачиваются преимущественно в юанях. Москва и раньше пыталась увеличить долю национальных валют в международных расчетах, чтобы снизить зависимость от доллара. Но процесс шел медленно и не очень успешно. Убедить российский бизнес использовать вместо доллара другую валюту — это полдела. Другие полдела — договориться с зарубежным партнером об оплате в альтернативной валюте.

Переход на юань в трансграничных платежах требовал куда больше усилий и был бы невозможен без западных санкций в их текущем виде. Корзина валют стран G7 включает в себя четыре основные резервные валюты — доллар, евро, фунт и японскую йену. Москве буквально ничего не оставалось, кроме как перейти на юани.

К декабрю 2023 года на юань устойчиво приходилось более трети расчетов в российской внешней торговле. Что касается юаней, хранящихся в российских банках на депозитах компаний и физических лиц, то в 2023 году речь шла о сумме (в пересчете на доллары) в $68,7 млрд. На долларовых счетах тем временем находилось $64,7 млрд. Кредитование компаний в юанях выросло в 3,6 раза — до $46,1 млрд (прежде всего за счет конвертации долга из доллара и евро). Доля юаня в обороте на Московской бирже в 2023 году достигла 42% и превысила доллар.

Подписанный в конце 2023 года указ президента США Джо Байдена, позволяющий вводить вторичные санкции против финансового сектора за помощь в проведении сделок для российского ВПК, осложнил расчеты, но не остановил их. Еще в 2022 году от работы с российскими контрагентами отказались китайские банки с международным участием. После указа Байдена в январе 2024 года перестали принимать российские платежи китайские Ping An Bank, Bank of Ningbo, China Guangfa Bank, Kunshan Rural Commercial Bank, Great Wall West China Bank, Shenzhen Rural Commercial Bank, Dongguan Rural Commercial Bank и China Zheshang Bank. Также вырос срок проверки трансграничного перевода — теперь он достигает 18 дней.

Однако мера оказалась ограниченной эффективности: экспорт Китая в Россию впервые с 2022 года показал в марте 2024-го снижение (на 16% год к году), но не остановился полностью. Доля юаня в структуре валютного рынка России в марте обновила исторический максимум. Оборот биржевой торговли юанем превысил половину от общего — 53,0% (в феврале — 46,6%), его доля во внебиржевой торговле составила 39,6% (в феврале — 32,5%).

С российскими клиентами остановила работу наиболее международно значимая часть банковского сектора КНР, но не вся. Региональные банки, а их в Китае более четырех с половиной тысяч, продолжают работать с российскими банками, и сроки на обработку транзакций у них зачастую меньше, чем у крупных кредитных организаций.

Активно используются схемы с многочисленными посредниками. Если раньше отношения были: клиент — банк в РФ — банк за рубежом — клиент, то теперь в цепочке дополнительно появляется от трех до пяти банков. Российские финансовые организации за два года открыли представительства в КНР, а филиал ВТБ в Шанхае и вовсе рассматривается китайским регулятором как самостоятельный банк.

После отказов китайских банков работать с российскими компаниями ВТБ Шанхай столкнулся с ажиотажным спросом на банковское обслуживание: очередь из желающих открыть счет и нехватка персонала приводят к тому, что некоторые компании ждут открытия счета по шесть месяцев. Китайские региональные банки также говорят о нехватке персонала для работы с российскими клиентами. Но все это выглядит как временные сложности.

Впрочем, у этой истории есть и другой важный итог: риски вторичных санкций затронули и расчеты в национальных валютах, а значит, переход на них — не панацея. Трудности с расчетами остаются бутылочным горлышком антисанкционных усилий Кремля. Китаю же незачем наращивать операции в рублях — в отличие от Москвы у Пекина нет проблем с использованием резервных валют. Более того, чтобы приток российского капитала не сильно укреплял курс юаня, Нацбанку Китая, вероятно, потребуется увеличение долларовых резервов.

Платежи и инфраструктура

Клиринг международных расчетов осуществляется китайскими и российскими банками, для самих транзакций задействована местная инфраструктура. В России еще после санкций 2014 года создали локальный аналог SWIFT — Систему передачи финансовых сообщений (СПФС). Это часть национальной платежной системы, которая обслуживает все домашние транзакции, в том числе иностранных банков.

Все внутрироссийские платежи по картам международных платежных систем обрабатываются через АО «НСПК» (с февраля 2024 года в американском списке SDN). Обязанность банков проводить платежи через СПФС значительно смягчила эффект от санкций для российских граждан: несмотря на уход из России Visa и Mastercard, платежи по этим картам внутри страны по-прежнему возможны. Кроме того, с 2023 года законодательно запрещено использовать SWIFT на территории России.

Через СПФС также можно проводить и трансграничные расчеты. На конец 2023 года к системе подключилось 557 банков и компаний, в том числе 159 нерезидентов из 20 стран. В основном все это дружественные России страны вроде Казахстана, Беларуси, Кыргызстана, Таджикистана и Кубы, но есть и немецкие и швейцарские «дочки» российских банков. Активно ведутся переговоры о подключении банков КНР.

Российские банки в свою очередь подключаются к китайской системе трансграничных межбанковских платежей CIPS (Cross-border Interbank Payment System). Пока как косвенные участники, то есть имеют доступ к системе через китайские банки-корреспонденты. В 2023 году было известно о подключении к CIPS 23 российских банков.

Среди новых подключившихся есть банки разного уровня — как системно значимые, так и менее крупные. Часть из этих банков находятся под санкциями США и ЕС и отключены от SWIFT. По идее, косвенные участники CIPS все же должны использовать SWIFT, а значит, китайская система для российских санкционных банков не выход. Но поскольку китайские банки в России должны использовать СПФС и общее количество финансовых организаций в цепочке выросло, возможны разные варианты. Примечательно, что объем среднесуточных транзакций CIPS вырос в полтора раза в 2022 году и еще на 25% за первые три квартала 2023 года.

Кроме того, через CIPS проходят платежи третьих стран российским контрагентам. В апреле 2023 года Бангладеш рассчитался юанями за строительство АЭС. Прежде такие операции были редкостью, но сейчас происходят все чаще. Санкции против России, особенно в сочетании с открытием Китаем валютных своп-линий с ОАЭ и Саудовской Аравией, стали настоящим подарком Китаю, дав возможность существенно усилить международный статус юаня.

У интернационализации юаня свой путь. Она идет не столько через рост его доли в резервах других стран, сколько через увеличение количества выставленных счетов и проведенных платежей. Чем больше страны торгуют с Китаем, тем выше доля китайской валюты в их резервах. Китай достаточно изобретателен в части поощрения торговли в юанях: в ход идут панда-бонды, кредиты от китайских банков развития, глобальная клиринговая сеть, а в недалеком будущем к ним добавится и цифровой юань.

Цифровая революция

Китай дальше других стран продвинулся в части создания собственной цифровой валюты. Пилотные испытания длятся уже два года, и за это время цифровой юань протестировали более чем в миллионе сценариев: от оплаты коммунальных услуг, налогов и общественного транспорта до различных покупок, а также конвертации в бумажные наличные через банкоматы. К концу июня 2023 года объем транзакций с цифровым юанем увеличился почти в 20 раз — до 1,8 трлн (почти $250 млрд), а объем выпущенных e-CNY составлял 16,5 млрд юаней. Это всего 0,16% наличных в обращении, но с конца 2022 года эта доля выросла на 20%.

Параллельно с розничным цифровым юанем Китай разрабатывает оптовую цифровую валюту для финансовых посредников в трансграничных операциях, которыми, как правило, выступают банки. Год назад Нацбанк Китая провел пробные сделки в цифровом юане с Таиландом, Гонконгом и Объединенными Арабскими Эмиратами на платформе Банка международных расчетов mBridge. Пять госбанков Китая протестировали mBridge для расчетов по платежам корпоративных клиентов.

Для полноценных трансграничных расчетов с помощью цифрового юаня, например на основе CIPS, Нацбанку Китая потребуются договоренности с другими центральными банками. Вряд ли эта тема заинтересует западные страны, считающие цифровой юань угрозой и способом обходить санкции. Но Россия не скрывает своего интереса к китайским цифровым инновациям.

Более того, одной из главных тем своего председательства в БРИКС в 2024 году Россия видит создание платформы для расчетов в цифровых валютах. Технологические шлюзы для расчетов в цифровых валютах центральных банков (CBDC) между странами уже работают. В феврале 2024 года министры финансов стран БРИКС поддержали предложение создать независимые каналы для расчетов между банками разных юрисдикций, но без конкретики — пока это концептуальный разговор.

Среди стран БРИКС Китай играет ведущую роль в выпуске CBDC, что позволяет ему потенциально установить стандарты для этой новой формы денег. Индия тестирует как оптовые, так и розничные CBDC, но Резервный банк Индии публично заявил, что не спешит с их полномасштабным внедрением. Вероятно, технологически продвинутый Пекин перехватит лидерство в этом вопросе. Москва же окажет необходимую политическую поддержку, но, очевидно, не будет лидером проекта.

Границы дружбы

Россия и Китай любят называть свои отношения партнерством без границ, где «никто никому ничего не навязывает». Однако по факту ситуация иная. Несмотря на рекордные цифры взаимной торговли, баланс в отношениях неуклонно смещается в пользу Китая. В целом соблюдая санкции, Пекин поставляет в Россию прежде всего то, что выгодно ему, а не то, что необходимо Москве. Китайские поставки продукции двойного назначения увеличились за 2023 год всего на $1 млрд в стоимостном выражении, при общем росте экспорта из КНР в Россию на 47%, до $111 млрд. 

Очевидно, что большинство китайских компаний предпочтут не рисковать правом доступа на ключевые западные рынки ради российского. А для России замена китайских поставщиков становится практически невыполнимой задачей. Единственный способ снизить этот риск — диверсифицировать внешнеторговых партнеров. Но тут Россия натыкается на санкционные ограничения стран G7 и отсутствие необходимых товаров и технологий у стран, которые к санкциям не присоединились.

В части трансграничных расчетов границы тоже видимы. Китай не стремится помогать России, увеличивая долю рубля во взаимных расчетах, а китайские банки включают усиленный комплайенс в отношении российских компаний.

В то же время на политическом уровне эксперимент по использованию китайской платежной инфраструктуры в Пекине приветствуется. Усиление санкций в отношении России позволит Китаю отработать максимальное количество сценариев и сделать эту инфраструктуру значительно более гибкой и удобной. Она пока не решает платежных проблем России и не наносит значимого ущерба доллару, но в целом ослабляет влияние санкций.

Война с Украиной стала своеобразным подарком Путина Пекину. Геополитические амбиции Китая как альтернативного глобального центра укрепились. КНР получила масштабный полигон для тестирования альтернативной Западу финансовой инфраструктуры, а китайские компании и банки второго и третьего уровней — надежный рынок сбыта.


Если вы хотите поделиться материалом с пользователем, находящимся на территории России, используйте эту ссылку — она откроется без VPN.

Фонд Карнеги за Международный Мир как организация не выступает с общей позицией по общественно-политическим вопросам. В публикации отражены личные взгляды автора, которые не должны рассматриваться как точка зрения Фонда Карнеги за Международный Мир.